Майор ФСБ Евгений Воропаев, спецназовец, подорвавшийся на мине в Чечне. Безногий однорукий инвалид. Был Судьба и наука дали ему ещё один шанс, и теперь он – Егор Синельников, младший лейтенант НКВД в параллельном мире.
Авторы: Бриз Илья
для немецкой армии. Солдаты перестали прятаться друг от друга. Более того, даже стали иногда сходиться на нейтральной территории. Наши воины, как следует проинструктированные замполитами, что победитель обязан быть великодушным, угощали немцев сигаретами. Не отказывались даже поговорить с ними, если кто знал язык. Но братания ни в коем случае не было. Советские офицеры, также иногда выходившие на нейтралку, вежливо козыряли германским и тоже выкуривали с ними сигареткудругую. Презирать противника было не за что. Да, конечно, вина на немецком народе, что они допустили к власти над собой бесноватого фюрера и всю его клику, была. Но за это они еще расплатятся приличным снижением уровня жизни на определенный, совсем не маленький, срок, а попавшие в плен – еще и отработкой в Советском Союзе.
На четвертые сутки верхушка захвативших власть в Германии согласилась на безоговорочную капитуляцию. В четверг, девятнадцатого сентября тысяча девятьсот сорокового года, документ был подписан в Варшаве министром обороны Советского Союза маршалом Тимошенко и генералполковником Гудерианом в присутствии полковника Сталина, то бишь меня, и генералполковника Синельникова, с одной стороны, и Ялмара Шахта и адмирала Канариса – с другой, под объективами многочисленных фото и кинокамер. Маршал Берия отказался приехать в Варшаву, мотивируя это большим количеством работы. Внутренние войска СССР немедленно двинулись по территории генералгубернаторства к границе Германии и двадцать первого числа вошли в Берлин. Но еще в понедельник шестнадцатого сентября многочисленными десантами были захвачены и взяты под охрану все концентрационные лагеря. Коегде разгорелись ожесточенные бои с частями СС, но без поддержки вермахта сопротивление нацистов было быстро подавлено.
На всей территории сдавшейся страны стали появляться советские военные комендатуры. Нет, существующая власть не была отстранена от руководства, но выполняла все требования победившей стороны. Немедленный вывод всех германских войск с оккупированных территорий. Доступ ко всем архивам для советских специалистов. Попытка утаивания или уничтожения документации будет расцениваться как вооруженное сопротивление с соответствующей карательной реакцией Советской армии. Полное разоружение и помещение под арест всех членов СС вплоть до рядового. Судили эсэсовцев тройками военного трибунала.
А тогда, девятнадцатого сентября, я отозвал адмирала в сторону, и мы прошли в отдельную комнату.
– Кто разработал, организовал и провел операцию на Гавайях? – говорить пришлось на английском. Я сел в кресло.
Он напрягся и чисто автоматически положил руку на демонстративно расстегнутую пустую кобуру. Опомнился и встал по стойке смирно.
– Эсэс. Службы Гиммлера. Мой абвер здесь не виновен, – короткие рубленые фразы.
– Вы же понимаете, адмирал, что ваши слова будут проверяться? – я достал пачку своих «Лаки страйк» и закурил.
Он немного тоскливо проводил взглядом голубоватую струйку дыма от моей сигареты.
– Так точно, господин председатель, – хотя мы оба были в форме, Канарис не позволил себе назвать меня по званию и тем самым подчеркнуть огромную разницу в воинском ранге. Да и в возрасте, в конце концов.
– Да вы расслабьтесь, адмирал, садитесь и, если хотите, курите, – я указал рукой на другое кресло. Нда. А ведь почемуто верю. Он просто никогда не осмелился бы приехать сюда, в Варшаву, если бы был хоть отчасти виновен в смерти отца.
Канарис сел и тут же достал свои сигареты.
– Как вы представляете будущее своей страны?
– А она у меня будет?
И где же ты раньше был, когда работал на Гитлера? Впрочем, не было у него другого выхода. Так делал бы, вероятно, любой немец на его месте.
– Будет. И несколько больших размеров, чем вы ожидаете. Даже протекторат Богемия и часть генералгубернаторства останется. – В Судетах отличный станочный парк. Ну а как мы его реквизируем, если это будет свободная, независимая Чехия? Вообще – не вижу смысла в маленьких государствах в центре Европы. А до дружественного СССР Евросоюза еще многие десятки лет.
– Австрия тоже будет в составе независимой Германии.
Адмирал поперхнулся дымом своей сигареты.
– Не сразу, конечно, независимой, – уточнил я. – Но придется очень постараться, чтобы реабилитировать немцев перед другими народами.
Все. Теперь немецкое правительство будет делать все, что может захотеть наше. И не только правительство, но и весь их народ.
Что может быть лучше, чем превратить злейшего врага в преданного друга?
А с Италией и франкистской Испанией теперь французы, наконецто присоединившиеся к нашему антифашистскому военному союзу со Штатами,
