Майор ФСБ Евгений Воропаев, спецназовец, подорвавшийся на мине в Чечне. Безногий однорукий инвалид. Был Судьба и наука дали ему ещё один шанс, и теперь он – Егор Синельников, младший лейтенант НКВД в параллельном мире.
Авторы: Бриз Илья
если мы ничего больше не сделаем, можно считать проект «Зверь» на сто, нет, на тысячу процентов успешным. Двадцать шесть миллионов жизней советских людей
– это много. Это очень много. А сейчас… Заперлись в кабинете Синельникова на Лубянке и пили. За окном расцветали пышные султаны фейерверков праздничного салюта. Тысяча артиллерийских орудий
ПВО стреляли специальными снарядами в небо Москвы. Разноцветные отсветы играли на наших лицах, бутылках и граненых стаканах. А мы с Егором пили. Он, наверное, взял пример с Викентьева. Огромный холодильник стоял за шторкой в углу кабинета. Мы пили холодную водку стаканами и не могли опьянеть. Пили, вспоминали, как все это было, и снова пили. За гениев Димку и Кольку, за Юрку Викентьева, который мгновенно сообразил, что из дикого эксперимента молодых ученых может получиться, и возглавил проект, за Ольгу Шлоссер, которая продолжила дело отца и как при этом здорово справилась. За Катеньку ЗосницкуюВикентьеву, умницу, столько сделавшую для нас всех. За сотни инженеров, работавших в «Звере». И тысячи, которые работали на проект, не зная этого. Это они модернизировали послевоенную технику того мира методами двадцать первого века. Модернизировали так, что она стала лучше, надежней и проще в изготовлении. Дешевле, в конце концов. Даже за руководство ФСБ и Российской Федерации выпили. Ведь, пусть они для себя усердствовали, но организовали проект и дали нам возможность нормально работать. Ну, за себя тоже немного приняли. Всетаки мы немало поработали. Для Егора это было больше трех лет непрерывной работы не за страх, а за совесть. Да и я болееменее постарался. За наших девчонок выпили. Ну куда же мы без них?! Когда в дверь стучались, мы немного, но достаточно громко ругались, и с той стороны сразу же успокаивались. Впрочем, за наших ребят здесь мы тоже выпили. И даже спели. А уж за Лаврентия Павловича приняли прилично! Кажется, мы впервые в этом мире сумели надраться. Совсем ненадолго. Главное – это качественно закусывать…
* * *
– В принципе, все, что ты собрался делать, я уже понял, – Берия, как всегда, был строг, деловит и собран. – Не скажу, что со всем согласен, но, вероятно, тебе видней. Сейчас меня интересует только одно: как конкретно ты собираешься поступить с членами партии?
Какой партии – он пояснять не стал.
– А никак, – я достал сигареты и закурил, – все будет зависеть от позиции каждого отдельного коммуниста. Точнее, не от позиции, а от действий. Если не будут мешать нам строить светлое будущее, – усмешка, надеюсь, достаточно точно объясняла мое отношение к этому термину, – пусть думают, о чем хотят. А вот если будут мешать на словах или, хуже того, саботировать, тогда это уже ваша забота, Лаврентий Павлович, – лучшего министра внутренних дел мне не найти, это точно, – и Синельникова. В общемто, разобраться, кто с нами, а кто не очень, будет достаточно просто. Кто примет Присягу Гражданина – тот наш.
– Что за присягу?
– Надо будет подобрать такой текст, чтобы годился и для армии, и для мирной жизни. Не принявший присягу – не гражданин, а только подданный Страны Советов. Следовательно, не имеет избирательных прав и права на ношение оружия. Не может работать в государственных организациях на самой маленькой руководящей должности. Мы просто закрепим права и обязанности граждан. Чтото типа кодекса строителя коммунизма.
– Подожди, – Берия был явно удивлен, здесь этот кодекс еще даже не придумали, но текст его был маршалу известен из того документа, – ты хочешь, с одной стороны, запретить компартию, а с другой – возложить нравственную ответственность за лучшее будущее на весь народ?
– Ну, вопервых, не только КПСС, а потом… Лаврентий Павлович, ну не сможем мы вдвоем, ладно, втроем – Синельников ведь с нами – построить это лучшее будущее. Работать должны над этим все. Принимать важные решения – тоже все. Следовательно, и отвечать за содеянное будем вместе. Каждый на своем уровне. Соответственно образованию, таланту и своей работе.
– А вот сам аппарат КПСС, – после некоторой паузы продолжил я, – старую гвардию придется убрать на всех уровнях. Причем основную чистку сделаем именно на уровне низовых партийных организаций и в среднем звене. Нет, – остановил я порывавшегося чтото сказать Берию, – нет, не физически убирать, а вычистить их из аппарата. Достойные пойдут в государственные органы власти. Те, кто не очень… Ну, без работы не останется никто. У нас достаточно приличный недостаток грамотных специалистов на всех уровнях народного хозяйства.
Маршал задумался. Я курил и уже понимал, что все получилось. Что Берия все понял и смирился с
