Майор ФСБ Евгений Воропаев, спецназовец, подорвавшийся на мине в Чечне. Безногий однорукий инвалид. Был Судьба и наука дали ему ещё один шанс, и теперь он – Егор Синельников, младший лейтенант НКВД в параллельном мире.
Авторы: Бриз Илья
будет работать? Не верю!
– А добиваюсь я, мистер президент, именно того, что записано в уставе ООН – прекращения любых войн. Хватит уже в истории человечества боевых действий! Я очень хочу, чтобы наша цивилизация окончательно свернула на мирный путь развития. И считаю, что именно сейчас пришло время для этого.
Рузвельт с де Голлем переглянулись.
– Но все же необходимо чемто заменить военную промышленность. Чемто, что будет тянуть технологии и бизнес вперед, – президент Штатов не спрашивал. Он констатировал. Точнее – требовал.
– Будет вам замена, – усмехнулся я, – такая, что напрягаться придется значительно серьезней, чем во время войны. Подождите совсем немного.
Теперь уже я переглянулся с французским президентом, в глазах которого были надежда и мечта.
С дубу рухнуть! Или свалиться? Проект «Манхеттен» у американцев работает! Бригадный генерал Лесли Ричард Гровс – генеральское звание он получил осенью сорокового – своего, как это ни странно, добился. Американская машина времени позволяет заглядывать аж на одиннадцать лет в… прошлое. В будущее смотреть теоретически невозможно, как это убедительно доказали их же собственные физикитеоретики. Почему Рузвельт не прикрыл проект прошлым летом, после того как получил от меня правдивую информацию об источнике наших знаний? Черт его знает. Хотя тогда невозможность заглядывать в завтрашний день еще не была доказана.
Подробнейший доклад об американском проекте лежал у меня на столе в кремлевском кабинете. Специалисты генерала армии Синельникова не зря свою зарплату получают. Но в данном случае отличились не только они. Офицеры ГРУ, возглавляемые генераллейтенантом Проскуровым, тоже хорошо поработали. Совместная операция двух секретных служб принесла свои плоды. Доклад содержал в том числе и теоретические выкладки. Само устройство мироздания внесло свои четкие ограничения в возможности «следоскопа», как переводится с английского название американской машины времени. Одиннадцать с мелочью лет и пятьдесят девять метров от аппарата пробоя. Они очень близко подошли к теории Берштейна, полусумасшедшего физика того мира. Именно на работах Берштейна основывалась идея Дмитрия Горина, которую он со своим другом Николаем Малышевым и проверил на чужой установке. Установка сгорела, но некий результат был получен. Куратор ФСБ того закрытого НИИ майор Викентьев первым понял перспективы работы молодых ученых. Засекретил все и через головы своего непосредственного начальства доложил замдиректора ФСБ. А тот уже премьерминистру Российской Федерации. Мне, тогда еще полковнику Когану, было предложено курировать проект. Я же дал ему название по своему привычному летному позывному. Проект «Зверь». Я и представить тогда не мог, к чему все это приведет!
Аппаратура у американцев получилась чудовищно огромной. В половину футбольного поля и высотой за тридцать метров. Это же десятиэтажный дом! Энергопотребление тоже поражало. Размер экспериментальной установки был таким большим изза отсутствия у них нормальной вычислительной техники. Американские ученые просто не представляли, как оптимизировать это устройство. А ведь можно легко запрятать все в обычный дипломат. Уж это то я точно знаю. Принцип действия этого их «следоскопа» не особо отличается от аппаратов пробоя системы ГоринаМалышева. А габариты последних образцов были довольно небольшие. «Следоскопа»? Пожалуй, так и назовем! Это же почти идеальное средство расследования преступлений!
– Егор? – немедленно звоню на Лубянку. – Все бросай, пулей ко мне!
– Что случилось? – Он еще спрашивает!
– Это, – я очень выделяю слово интонацией, – не по телефону.
Связь между Кремлем и всеми основными государственными учреждениями у нас защищена качественно, но все равно – не по телефону!
Что еще из «следоскопа» можно вытянуть? Так, секретов для обладателя этого устройства практически не существует! С ума сойти! И как с этим бороться? Как заставить американцев отказаться от проекта? Как сделать, чтобы вообще забыли о нем, как будто его вообще не было? Вопрос на вопросе!
Выхожу в приемную.
– Александр Николаевич, – обращаюсь я к Поскребышеву, – сейчас Синельников приедет. Организуйте нам, пожалуйста, кофе. И… нас ни для кого нет! Только если Лаврентий Павлович звонить будет.
– Сделаем, Вася, – кивает головой руководитель моего секретариата. В приемной сейчас чужих нет, и он называет меня по имени.
Я только закурил сигарету, как в кабинет влетел Егор. Вот реактивный! Бегом по Кремлю бежал?
– Что стряслось?
– Ты что, доклад собственных специалистов не читал? – киваю я на свой стол.
