Звезда хаоса

и отработки, воспитательный эффект которых считала недооцененным.
— Чего опять на кухне забыла? — спросила, уперев кулаки в бока и целиком загородив широкой проход между двумя алюминиевыми столами.
— Ничего… — Зоя улыбнулась.
На кухне, как и на любом производстве, была своя иерархия. За главным поваром, который контролировал всю работу, стояли два помощника. Те, в свою очередь, раздавали указания поварятам, практикантам, если такие приходили, и всем остальным.
Еще был заведующий складом, что отвечал за приемку продуктов и их выдачу согласно меню, но с ним Зоя подружилась сразу. Иван Степанович проработал на складе больше тридцати лет, имел звание Героя Социалистического Труда и множество орденов за воинские заслуги.
Он ласково звал Зою “Егоза” и первое время помогал осваиваться на кухне.
— Ты с Валентиной не спорь, это бесполезно, уж поверь. А, если попалась, так не юли. Она сознательных уважает и строго не наказывает.
Позже Зоя поняла, за какие проступки Валентина Митрофановна назначала поварам отработки, а пока, в первые дни работы в столовой, фигура начальницы внушала ей восхищение и трепет.
— А это тогда чье? — Валентина подняла руку и между указательным и большим пальцем Зоя увидела волос. Длинный и ярко-рыжий.
— На мой похож, — она коснулась белой шапочки на макушке, под которой, свитые в кольцо, лежали две косы.
— Вот я и спрашиваю, чего на кухне забыла?
Зоя бросила короткий взгляд за спину Валентины.
У стола в конце комнаты с опущенной головой стояла Раиса. Не самая смышленая выпускница кулинарного техникума, но добрая и отзывчивая душа. Только она не ругалась, когда Зоя, расправившись с грязной посудой, приходила на кухню, чтобы учиться, наблюдая за работой поваров.
Пока Валентина обсуждала новое меню с Иваном Степановичем, Зоя смотрела, как ловко Раиса орудовала большим и острым ножом. На пятидесяти литровую кастрюлю уходил почти десяток луковиц, которые она умудрялась нарезать меньше, чем за пять минут.
Если под нож не попадал палец или два.
Раиса была ходячим невезением. И когда лезвие в очередной раз нечаянно соскочило, Зойка была единственной, кто оказался рядом и не растерялся. Она остановила кровотечение и наложила на руку тугую повязку, промыв рану под проточной водой.
И, пока Райка вытирала горькие слезы боли, умудрилась и рабочее место привести в порядок, и недостающие луковицы покрошить, так что Валентина, когда вернулась, ничего не заметила.
— В повара хочу, надоело посуду мыть, — бойко ответила Зойка, глядя прямо на начальницу.
Та только усмехнулась и, потрясая волосом перед ее лицом, ответила:
— Сначала правила поведения на кухне выучи. Опрятность и внимательность — превыше всего!
Она стряхнула волос в мусорное ведро, вымыла руки и, зычно прикрикнув, вернула коллектив к работе. Если просьба Зои и заинтересовала Валентину Митрофановну, то виду она не подала.
И Зое ничего не оставалось, как опять собирать пустые кастрюли и возвращаться к своему посту посудомойки.
Вечером того же дня, Раиса догнала Зою на проходной.
— Спасибо, с меня должок! — и, подмигнув, припустила к остановке, от которой уже тронулся автобус.
Потом Зойка часто будет вспоминать этот маленький эпизод, как тот, с которого все началось, а пока уставшая, но довольная она шла домой, где на маленькой кухоньке была полноправной хозяйкой и могла готовить все, что в голову взбредет.
Так недели сменяли недели, лето близилось к концу и Зоя, которая помнила про данное Тихону обещание бросить работу, как только вернется в техникум, понимала, что не хочет этого делать.
Ей нравилось рано вставать, за обедом болтать с Иваном Степановичем, который военной выправкой и повадками напоминал ей отца, и даже нагоняи Валентины уже не страшили.
Вытащив из раковины большую кастрюлю, Зоя водрузила ее на соседний стол и тяжело вздохнула. Низ живота тянуло третий день к ряду, а значит скоро должна была пойти кровь. В такие дни Тихон избегал близости и Зоя всегда ждала их с нетерпением.
Не слишком ли долго в этот раз?
Она вытерла руки полотенцем. Попыталась вспомнить, когда последний раз кровила, и не смогла. Да и немудрено — работа в столовой отнимала много сил, не говоря о том, что дом тоже требовал внимания.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И все же…
Зоя положила руку на низ живота и прислушалась. Могла ли она забеременеть?
Вечером того же дня, когда Тихон, сытый и довольный, как обычно потянулся к ней в поисках ласки, Зойка остановила его на полпути.
— Ты чего? —