Богатство… силу… власть… бессмертие — все блага обещают древние артефакты. Тайны и загадки исчезнувшей цивилизации манят и искушают. Ради них плетутся интриги, рушатся судьбы, совершаются предательства и убийства. И тайный эльфийский орден уже так близок к заветной цели… Был! Если б не решил использовать в качестве разменной монеты еще одну жизнь. Иллия Лацская не собирается ни сдаваться, ни останавливаться на полпути. Ведь впереди — главный враг, хладнокровный, хитрый, безжалостный… И могущественный артефакт уже ждет победителя… ждет хозяина.
Авторы: Трунина Юлия Александровна
рука коснулась тронутых сединой волос и он раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашел слов.
Она улыбнулась коротко и погладила Тихона по волосам.
— Пришел, родненький… Зойка мне обещала, что придешь. Как же я тебя ждала…
Мать спрятала лицо у него на руках и разрыдалась. А Тихон, растерянный и смущенный, замер. Что сказать? Как успокоить? Никогда не понимал он женщин с их широким диапазоном эмоций, а в критических ситуациях и подавно не знал, как себя вести.
— Ну, будет тебе… не плачь… я пришел…
— Прости меня… прости за все… — шептала Евдокия, целуя его руки.
Видеть мать, что в его памяти могла и коня на скаку остановить, и в горящую избу войти, слабой, было выше его сил. Тихон встал и Евдокия потянулась за ним.
— Хватит, мама… — он вздохнул, собираясь с духом, и через силу добавил. — И ты меня прости.
— Бог простит и я прощу, — Тихон дернулся было, но Евдокия и не думала ерничать. Выпустила его руки и вытерла мокрые от слез щеки. — За сыночка прости… и за себя, не могла по-другому… — она попыталась встать, но от слабости закружилась голова, и Тихон перехватил мать за плечи.
Его поразило, насколько хрупкой она была. За объемной кофтой так и не разглядеть, но теперь, держа Евдокию в руках, Тихон в полной мере осознал, что своей обидой почти загнал мать в могилу.
И устрашился.
— Когда ты последний раз ела?
— Когда Зоя приходила… мы с ней чаю попили, она все про Сёмочку рассказала, какой он бойкий и смышленый, весь в тебя…
Тихон прервал мать жестом и усадил обратно на кровать.
— Я пойду поставлю чайник и приготовлю ужин. А ты лежи, отдыхай.
Евдокия не сопротивлялась, когда он укладывал ее обратно в постель и укрывал одеялом.
— Завтра приду с инструментом, — он остановился в дверях комнаты, надавил носком на скрипучую половицу. — Все починим.
Евдокия молча кивнула и укрылась одеялом по самые глаза, чтобы он не увидел сладкой горечи, исказившей черты ее лица.
— Как скажешь, родненький, как скажешь…
Вечером Тихон вернулся домой позже Зои. Уставший, измученный осознанием материнской немощности, но довольный собой. Жена на него даже не взглянула. Молча накрыла ужин и ушла стирать белье.
Пока ел, Тихон прислушивался к плеску воды и шуму стиральной машины и думал, как с ней помириться. Решил начать с малого — убрал за всеми на кухне, перемыл и вытер насухо тарелки.
Когда пришла очередь купать сыновей, вызвался помочь, и Зоя молча уступила. Он искал в ее глазах интерес, но там не было ничего, кроме скрытого раздражения. Ну, и ладно, сколько уже преодолели вместе, и с этой ссорой справятся.
После купания Тихон забрал мальчишек в детскую и включил маленький проектор, который направил на окно, занавешенное плотной шторой. Сыновья чуть не передрались, пока пытались договориться, какой диафильм будут смотреть, и ему пришлось взять решение вопроса на себя.
Красная шапочка устроила обоих сорванцов и Тихон с удовольствием читал с экрана, пока сыновья доверчиво прижимались к его бокам. Он мог бы ограничиться книжкой, но сознательно тянул время, будучи не готовым к серьезному разговору с Зоей.
И только когда Егор с Семеном засопели, понял, что дальше тянуть некуда.
Притворив за собой дверь, Тихон вышел из детской и заглянул на кухню — пусто. Выключил свет и, не найдя Зою в зале, вернулся в спальню. Она спала, отвернувшись к окну и подоткнув под спину свою половину одеяла, словно намеренно отгородившись от него.
- Зоя… спишь?
Она не ответила и запал Тихона совсем угас. Он молча лег рядом, перевернулся на бок и хотел обнять Зою, как привык делать всегда, но не решился. Вздохнул тяжко и отвернулся к другой стене.
Так они и уснули, спина к спине.
— Вещи в сумке, аптечку я собрала, — Зоя придирчиво осмотрела новый венгерский костюмчик, в который нарядила Семена. — Не замерзнет?
— Все будет хорошо, — Люда, что держала крестного сына на руках, протянула Егору ладонь. — Идем, покажу тебе наше купе. Ты когда-нибудь на поезде ездил?
Зоя заломила руки и Нина, что стояла рядом, обняла ее за плечи.
— Я за ними присмотрю, — шепнула тихо и обе коротко рассмеялись.
— Вторые ботиночки Семену на смену положила в пакет, с высоким подъемом. И курточку. Егору много сладкого есть не давай, а то опять обсыпет.
— Хорошо, — Нина обернулась, наблюдая, как Федор помогает близнецам запрыгнут в вагон. — Веселая же нам предстоит поездка.
Путевку в спортивно-оздоровительный
