Мама говорила, что мне посчастливилось родиться в самую интересную эпоху. Люди создали живой пластик, покорили близлежащий участки Вселенной и начали образовывать человеческие колонии на других планетах. Казалось бы, действительно, что может быть более захватывающе? Вот только я родилась под знаком Змееносца, а это словно приговор. Своеобразный символ того, что спокойной жизни мне не светит.
Авторы: Блинова Маргарита
— многозначительно тянет он.
Взволнованно облизнув губы, еще раз сверяюсь со своими собственными костями и незаметно вытираю вспотевшие ладони о штаны.
— Сдаешься?
В процессе игры как-то так само собой получилось, что мы перешли на приятельское ‘ты’, но, судя по все еще непримиримому взгляду офицера, до дружбы нам как до Цереры в одном только скафандре.
— Офицеры не сдаются, — самонадеянно улыбается он, выкладывая разом по три фишки на каждый уровень, умудряясь заработать за один ход восемь очков.
— Сорок против сорока, — объявляет Фаррух, выступающий судьей все три партии. — Счет ровный.
Теперь наступает моя очередь немного посидеть и подумать над ходом.
— ‘Драконом’! ‘Драконом’! — вновь включаются суфлеры.
— Да тебе же сказали уже — вышли все ‘драконы’!
Сосредоточенно наморщив лоб, лихорадочно обдумываю ситуацию. ‘Драконы’ действительно вышли, а больше столь же разрушительных костей на столе не осталось, но если понадеяться на удачу…
Противный писк браслета-связи заставляет всех присутствующих в комнате отдыха вздрогнуть и коллективно посмотреть на разом посерьезневшего Фарруха.
— Капитан, — упавшим голосом, сообщил он и так очевидное.
Надо отдать должное, в ситуации я сориентировалась намного быстрее, чем в собственных фишках.
Быстро подскочив и схватив офицера за руку, буквально тащу его следом за собой к выходу, и только оказавшись в коридоре, сама нажимаю на браслет.
— Ну, чего? — недовольно хмурю брови, глядя на голографическую картинку капитана Тивана.
— Рокси, а где старший лейтенант Хамраев? — максимально вежливо уточняет мужчина.
— Я его убила и съела, — раздраженно фыркаю я, уже мысленно прощаясь с удачной партией и возможной победой.
— Я здесь, капитан, — одним движением отстраняя меня чуть в сторону, сообщает Фаррух. — Рокси захотелось в дамскую комнату, пришлось немного сократить экскурсию.
— Судя по датчикам, вы на спальном этаже уже двадцать семь минут…
Во мне поднимается обида. Ну что это такое? Сначала на корабль меня затащил, потом туфельки заказать не позволил, а теперь еще и контролирует, какое количество времени я в туалете провожу.
Лучшая защита — это нападение. И кому, как не женщине, знать силу этого высказывания.
— Так! — вновь дергаю руку старшего лейтенанта к себе, так, чтобы попасть в зону действия браслета-связи. — Ты мне зубки не заговаривай! Ты, вообще, где сейчас?
Капитан Тиван удивленно моргает, явно не ожидая с моей стороны столь наглого наезда.
— На мостике…
— Один? — подозрительно щурю глаза.
Немного растерянный из-за моего напора, капитан корабля оглядывается в сторону.
— С помощниками…
— С помощниками он, значит, — воинственно продолжаю я. — Ну, так мы сейчас придем и проверим, с какими это ты там помощничками.
Но угроза возымела на капитана Тивана противоположный эффект. Вместо того, чтобы ужаснуться от предстоящих перспектив, мужчина едва заметно улыбнулся краешком губ и отвел глаза.
— И не вздумай никуда уходить! — недовольно рявкаю я, все еще не выходя из образа, и на этой прекрасной ноте отключаюсь.
Мельком глянув на застывшего столбом от удивления старшего лейтенанта Хамраева, я проворно развернулась, дернула дверь в комнату отдыха и столкнулась нос к носу со светловолосым офицером.
— А подслушивать нехорошо, — шепотом пожурила я своего соперника в маджонге, так, чтобы остальные солдаты не слышали.
— Если честно, думал, тебя опять надо идти спасать, — так же тихо признается мужчина.
— Доиграем после? — нетерпеливо уточняю я.
— Конечно, — легко соглашается он и хитро улыбается. — Мне до победы всего ничего.
— Мечтай! — громко фыркнула я напоследок и повернулась к Фарруху. — Пойдемте?
Старший лейтенант учтиво выпрямил руку, указывая направление.
— Рокси, а вы уверенны в том, что делаете? — осторожно спросил он меня, как только мы покинули этаж и начали подниматься на лифте.
Я многозначительно промолчала, мысленно еще раз репетируя, что скажу этому гаду в форме, который отнял у хрупкой женщины туфельки.
К полупрозрачному куполу в центре корабля, где находилось рабочее место капитана, вел широкий мостик с высокими прозрачными бортиками ограждений.
Кто-то говорил мне, что это необходимая мера для защиты старшего офицерского состава. Якобы при проникновении повстанцев на корабль специальная система уничтожала переход, оставляя власть в руках капитана. Но по мне, так,
