Мама говорила, что мне посчастливилось родиться в самую интересную эпоху. Люди создали живой пластик, покорили близлежащий участки Вселенной и начали образовывать человеческие колонии на других планетах. Казалось бы, действительно, что может быть более захватывающе? Вот только я родилась под знаком Змееносца, а это словно приговор. Своеобразный символ того, что спокойной жизни мне не светит.
Авторы: Блинова Маргарита
брови.
— А можно Дона? На секундочку…
Сказать, что фраза поразила присутствующих, все равно, что назвать черную дыру местом, куда попадают души потерянных носков после смерти. Ну, то есть ничего не сказать…
— Дона Айлза? Моего помощника? — зачем-то уточняет детектив Снай.
Я активно киваю головой, чуть ли не подпрыгивая на месте от осознания своей чрезмерной догадливости. Окинув меня и капитана Тивана суровым бдительным взглядом, полицейский оборачивается в сторону.
— Поди-ка сюда!
Ого! Оказывается, приказы раздавать не только Тайрус умеет. Я скашиваю глаза чуть в сторону, смотрю на суровый профиль капитана и тихонько прыскаю от смеха.
Ти… Не, ну кто бы мог подумать!
— Да? — немного испуганно отзывается молодой парень, и на экране появляется его удивленное лицо.
— Ну, здравствуй! — с легкой иронией приветствую Дона.
— П-привет… — демонстрирует внезапное заикание парень.
Почему мне нужен был большой экран? Просто хотелось посмотреть, как забегают его глазки и виновато вытянется симпатичная мордашка.
Но Дон Айлз демонстрирует небывалый актерский талант и умение держать себя в руках.
— О чем вы хотели поговорить, Рокси?
Вы? Фи-и! Мог бы так не стараться казаться вежливым.
Скрестив руки на груди, я наклоняю головы в бок и с задумчивым видом смотрю в серо-зеленые глаза с едва различимым черным пятнышком на радужке. И почему я сразу не вспомнила?
— Э-э-э… — немного растерянно выдавливает он, тушуясь под моим пристальным взглядом.
А я просто молча стою и смотрю на него.
Своему ораторскому искусству я в последнее время не доверяю, так что пользуюсь житейской мудростью и просто молчу, надеясь, что молчание убережет меня от глупостей, которые может брякнуть язык.
Дон поступает также. И вот стоим мы как два барана и пялимся друг на друга в надежде… А фиг его знает, на что мы рассчитываем!
Оценив всю комичность ситуации, я не выдерживаю и все-таки улыбаюсь сначала уголками губ, затем улыбка помимо моей воли становится шире, и в итоге я прыскаю от смеха.
— Ну, Окс! — возмущенно выговаривает меня Дон и, поддавшись моменту, тоже широко улыбается.
А я-то что? Я громко смеюсь, не скрывая своей радости. Ведь это он! Спутник моих не самых веселых лет жизни — мальчик номер сто семнадцать.
— Окс, ты совсем не изменилась, — фыркает он.
Я открываю рот от удивления. С учетом того, что мы с Доном провели несколько лет своей жизни на заводе по пошиву одежды, где нас недокармливали и брили налысо, такое заявление звучит, как минимум, странно.
— Что значит, не изменилась! — возмущаюсь я. — Ты ослеп?
Для больше наглядности эффектно поворачиваюсь вокруг своей оси, взбиваю пушистую гриву рыжих волос и демонстративно выпячиваю грудь вперед.
— Сдаюсь, — с улыбкой кивает парень. — Ты очень изменилась, оставшись прежней.
Я закатываю глаза. Дон даже одиннадцатилетним мальцом умничал на каждом шагу, за что был частенько бит ребятами постарше. К счастью его, как и меня в свое время, вовремя заметила Май и взяла под свое крыло.
Вынырнув из внезапно накативших воспоминаний, я ехидно улыбаюсь.
— Помнится, кое-то клялся, что будет офицером межзвездного флота, — не могу удержаться от легкой шпильки.
— Помнится, кто-то клялся, что лучше перегрызет себе вены на руках, чем окажется на военном корабле, — парирует Дон.
Вспоминаю, в каком состоянии Гару принес меня на корабль, как я несмолкаемо смеялась, цеплялась за косяки, и легкомысленно пожимаю плечами.
— Но я-то ветреная женщина, — кокетливо хлопаю ресничками. — А у тебя какое оправдание?
Дон громко смеется, становясь прежним веселым мальчишкой, которого я знала прежде.
— Как ты догадалась? — задает он закономерный вопрос.
Удивление Дона понятно, мы расстались сразу же, как нас освободила полиция, и тот изможденный лысый мальчик мало походил на взрослого молодого мужчину, которого я вижу на экране.
— Я просто часто смотрела тебе в глаза, — подражаю его манере высказываться, делаю небольшую паузу и поясняю: — Пятнышко на радужке.
— А-а-а… — понятливо тянет парень.
— Не хочу прерывать вечер воспоминаний, — неожиданно вмешивается капитан Тиван, — но это конфиденциальный канал связи.
Я кидаю на офицера недоумевающий взгляд. Он что, злится? С чего бы это?
— Капитан Тиван, это соединение с Церерой записывается? — официальным тоном уточняю я.
— Да, записывается, — в той же манере отвечает военный, играя желваками на лице.
Какая космическая муха его покусала?
Вновь повернувшись к замершему в ожидании Дону, я набираю полную грудь воздуха и признаюсь:
