Мама говорила, что мне посчастливилось родиться в самую интересную эпоху. Люди создали живой пластик, покорили близлежащий участки Вселенной и начали образовывать человеческие колонии на других планетах. Казалось бы, действительно, что может быть более захватывающе? Вот только я родилась под знаком Змееносца, а это словно приговор. Своеобразный символ того, что спокойной жизни мне не светит.
Авторы: Блинова Маргарита
ругань со стороны кухни явно намекают на желание Тайруса порадовать меня завтраком в постель. Вставать после такой насыщенной ночи безумно лень, но интуиция подсказывает, что если я не встану сейчас, пока Ти на кухне, то другой возможности выбраться из кровати у меня может не представиться.
Наскоро приняв душ (тороплюсь, потому что Ти хватит наглости присоединиться), одеваю домашнее платье с короткими рукавами и торопливо покидаю спальню.
— Ты уже встала, — в голосе мужчины слышится разочарование. — А я хотел разбудить тебя поцелуями.
Я широко улыбаюсь. Великая Вселенная, ну как такого не любить?
Пробежав на носочках через всю кухню, я попадаю в его объятья, прижимаюсь щекой к голой груди мужчины и закрываю глаза.
Хорошо-то как!
Тайрус целует меня в шею, а затем поднимает на руки и несет… На мое счастье, к столу, а не в спальню. Хотя, вспоминая вчерашние выкрутасы офицера, для него не существует особых предубеждений, где именно меня любить.
Усадив меня за стул, Тайрус с важным видом ставит передо мной тарелку с чуть подгоревшим омлетом, затем приносит салат из овощей и свою порцию.
— Ух, ты! — искренне радуюсь я, накалывая маленький кусочек. — М-м-м… — закатываю глаза, демонстрируя удовольствие.
— Нравится? — с каким-то непонятным волнением уточняет голый по пояс мужчина.
— Конечно! — восклицаю я, на этот раз отправляя в рот кусочек побольше. — Честно говоря, ты первый мужчина, который приготовил для меня завтрак, — признаюсь я.
Тайрус берет мою левую руку, касается губами пальчиков и прижимает к своей щеке.
— Честно говоря, ты моя первая женщина, — с совершенно серьезным выражением информирует Ти.
Я с большим трудом проглатываю кусочек омлета, попытавшийся застрять на пол пути в желудок, и с удивлением смотрю на мужчину. Мне послышалось?
— Не-е-е, — несмело улыбаюсь. — Я еще вчера успела познакомиться с твоим недюжинным актерским талантом, так что сейчас не куплюсь.
Тайрус вздыхает и отпускает мою ладонь.
— А жаль! Так бы я мог потребовать немедленной женитьбы для восстановления своей поруганной чести.
Он с расстроенным видом отворачивается и принимается за завтрак.
— Хотя, с другой стороны, — спустя пару секунд вновь поднимает голову мужчина, — с чего ты взяла, что я соврал?
Я накладываю себе порцию салата и весело грожу пальцем Тайрусу.
— Просто ни один девственник не может всего такого, что ты устроил для меня этой ночью.
Ти откладывает вилку в сторону и поднимает брови.
— Ты первая женщина, с которой я проснулся утром. Ты первая женщина, которую я попросил остаться со мной. Ты первая женщина, о которой я постоянно думаю. Ты первая женщина, которую я так сильно хочу.
Мужчина наклоняется к моему лицу, нежно кусает за нижнюю губу. Я прикрываю глаза и хочу ответить поцелуем, но он быстро отстраняется и вновь возвращается к завтраку.
— Чем хочешь заняться сегодня? — как ни в чем не бывало, интересует Ти. — Может, сходим в парк или покатаемся на боевой капсуле. Еще можем пострелять по мишеням из лазерных пистолетов…
Я громко фыркаю.
— Да ты романтик!
Видимо, сообразив, что предлагает немного не то, мужчина чешет затылок.
— Извини, — растерянно улыбается он. — У меня не было серьезных отношений, поэтому я не слишком силен в том, как надо правильно ухаживать за понравившейся тебе девушкой.
Я смотрю в его лицо и глупо улыбаюсь. Какой же он все-таки симпатичный, и его ни капельки не портит глубокая морщинка на переносице, делающая его хмурым и серьезным. И даже эта дурацкая военная стрижка не в состоянии отнять его очарования.
— Ти, ты долго будешь на Церере?
Я спрашиваю очень тихо. Так тихо, словно втайне надеюсь, что капитан Тиван не услышит моего вопроса и не станет отвечать.
Засыпая вчера ночью в его крепких объятьях, я клялась, что не буду спрашивать, надолго ли он в моей жизни, а буду просто наслаждаться каждым мигом, проведенным вместе, но… Но теперь я понимаю, что расставание с ним будет намного болезненнее, чем думала вначале. И теперь мне необходимо время. Время, чтобы подготовиться к мысли, что мы неизбежно расстанемся, и он снова вернется в свою любимую космическую консервную банку.
— Вечером я должен вернуться на корабль, — так же тихо отвечает он.
Я опускаю голову вниз и прикусываю губу.
Вечером? Ну почему так быстро?!
— Окс! — Он разворачивает стул вместе со мной, как сделал это в баре, и берет мои руки в свои. — Меня не будет всего лишь четыре дня, а потом я снова прилечу.
— И снова улетишь, — печально вздыхаю я, все так же не поднимая головы.
— Окс, — он берет меня за подбородок, и заставляет посмотреть ему в
