Они пали смертью храбрых на Второй Мировой войне — и восстали из мертвых два века спустя, чтобы сражаться против Чужих на Первой Звездной. Два снайпера, русский и немец, заклятые враги, ставшие братьями по оружию, теперь они идут в бой не за свою страну или нацию, а за все человечество.
Авторы: Стукалин Юрий Викторович, Парфенов Михаил Юрьевич
к нему свои силы. На той неделе висела всего одна база, сейчас их уже три.
Да, действительно, чужаки явно что-то затевают, концентрируя свои силы в центре Москвы. Узнать их цели можем только мы. Ни летунам, ни беспилотникам сюда пробраться нет никакой возможности, по городу раскидано множество замаскированных зенитных орудий, в небе постоянно барражируют «крабы». Идея разведки с воздуха изначально обречена на провал.
Подробные данные о расположении коммуникаций загружены Дронову и нам на пластины диспетчерами базы, но до сих пор они оказывались бесполезными. Сколько раз ни пытались мы проникнуть в подземелье, постоянно упирались в тупиковые завалы, образовавшиеся во время первой бомбардировки. Что ж, если и здесь не повезет, вернемся назад.
Судя по карте, рядом находится ветка подземного метро, но этот вариант, к сожалению, отпадает. По сообщениям, на данном участке бомбы повредили трубы, в которые были заключены подземные реки, и метро затоплено. Аквалангов у нас в наличии нет.
— Подъем! — приказывает Дронов. — Выходим!
Курт и Вальдер ведут нас за собой. Метров через сто натыкаемся на открытый люк, и видим уходящую по спирали в темную бездну колодца металлическую лестницу. Снизу тянет сыростью. Вонючка, перегнувшись через край, плюет во тьму.
— Я тут был, — вдруг заявляет Максим. Мы смотрим на него, и он, засмущавшись от такого к себе внимания, продолжает: — Мы тут прятались. Только приходили сюда с другой стороны.
— Что там внизу? — спрашивает Дронов.
— Запертая дверь. Мы не смогли ее открыть.
— Потому что у вас не было Кузи, — самодовольно встревает Вонючка, будто Кузя его личная собственность.
— Все вниз, — командует Дронов, затем окликает Кузю: — Иванцов, идешь замыкающим. На всякий случай поставь пару растяжек на входе. Вдруг кто из тварей захочет за нами прогуляться.
— Сделаю, — басит Кузя, сосредоточенно хмурясь.
Первыми по металлической лестнице спускаются Курт и Вальдер, за ними идем мы с Максимом. Шаги гулко отдаются эхом. Внизу останавливаемся перед массивной дверью, запертой на электронный замок. Дронов без усилий отворяет ее, прислонив свою пластину к считывателю замка. Брюннер опасливо заглядывает внутрь.
— Чисто, — тихо констатирует он.
Я представляю себе, насколько в канализации может быть чисто, но решаю промолчать. Сейчас не до шуток. Зато Вонючка себя не сдерживает. Слышу в наушниках его нервный хохоток:
— Добро пожаловать в ад!
Я ожидал увидеть за дверью темный, узкий, пропахший нечистотами туннель, полагал, что придется шлепать по колено в несущейся тягучим потоком вонючей жиже. Я исходил из представлений своего времени, а потому ошибся. Туннель высотой метра в три, шириной около двух. Вдоль одной из стен тянется прозрачный короб, в котором проложены кабели и провода. Тусклый свет льется с потолка, хотя ламп не видно. Возможно, под землей имеются неповрежденные автономные генераторы.
Вонючка поводит носом, принюхивается. Удивленно спрашивает:
— Это и есть канализация?
— Да, — объясняет Дронов. — Сеть таких туннелей тянется под землей по всей территории Москвы.
— А если ты, Петров, — подключается к разговору Кузя, — жаждешь узнать, куда подевалось дерьмо, то у них тут в будущем оно сразу перерабатывалось в электроэнергию. Так что потребности в вонючих трубах нет. Они давно ликвидированы, уж извини.
У Вонючки вытягивается лицо, вызывая у нас приступ смеха.
— Отставить ржач, — жестко командует Дронов. — Начинаем движение. Иванцов — замыкающий.
По старой привычке смотрю на радар, чужаков словно вообще нет в округе. Остается надеяться только на свое чутье, глаза и уши. Что ж, раньше обходились без радаров и сейчас обойдемся. Не впервой.
Наша группа направляется прямо в чертово логово чужаков. Действия всех разведгрупп скоординированы, и каждая работает на своем участке. Но только мы смогли так близко подобраться к чужакам. Кузя установил растяжки на входе в туннель, и теперь важно не забыть про них, когда будем возвращаться. Если, конечно, кто-то останется в живых.
На фронте многие смотрели на нас, снайперов, хоть и с опаской, но с долей пренебрежения. По их мнению, мы били врага с безопасного расстояния. Особенно не стеснялась в выражениях «царица полей», пехота. Они всегда первыми шли под пули, сражались с врагом нос к носу. Мне по большому счету на это было наплевать, но после того, как я пару раз спас солдат из нашей роты, меня зауважали.
Главная задача снайпера — обезглавить подразделения врага,
