Они пали смертью храбрых на Второй Мировой войне — и восстали из мертвых два века спустя, чтобы сражаться против Чужих на Первой Звездной. Два снайпера, русский и немец, заклятые враги, ставшие братьями по оружию, теперь они идут в бой не за свою страну или нацию, а за все человечество.
Авторы: Стукалин Юрий Викторович, Парфенов Михаил Юрьевич
растяжку, закрепив на ней гранату. Надеюсь, чужаки не посмотрят под ноги, когда начнут преследовать нас.
— Готово!
Сломя голову бросаемся по направлению к катеру. Участок, где мы еще недавно отбивались от чужаков, трудно узнать. Пушки катера окончательно сравняли окружавшие его развалины с землей, теперь тут даже укрыться негде. Об отряде преследовавших нас чужаков напоминают только разбросанные по периметру ярко-зеленые кусочки панцирей.
Зато катер остался на прежнем месте, только теперь боковая панель его входа сдвинута в сторону, а трап опущен. У входа с оружием на изготовку стоит пилот в черном комбинезоне, и отчаянно машет нам рукой. Мы несемся к нему и мне кажется, что я сейчас сдохну от напряжения: воздуха не хватает, хочется рухнуть на землю и отлежаться хотя бы минут пять.
Пилот салютует нам, потом, пошатнувшись, свободной рукой хватается за поручни трапа и тяжело опускается на ступеньку. С парнем явно не все в порядке, по его белому как мел лицу стекают струйки крови.
Подбегаем к трапу, открывая на ходу забрала.
— Вы откуда и кто такие? — хрипло спрашивает пилот.
— Войсковая разведка, — отвечаю я и представляюсь. — Алексей Чагин, а это Курт Брюннер.
— Василий Меньшиков, — пилот устало тычет себя в грудь. — Шестая истребительная.
Чужаки могут появиться в любую секунду, времени на пустые разговоры нет. Я киваю Курту в сторону пилота, а сам контролирую подступы к катеру. Немец ловко забирается по ступенькам, сноровисто втаскивая летчика внутрь, затем быстро осматривает его голову, открывает аптечку и принимается колдовать над раной.
— Что там? — спрашиваю я, не отрывая взгляда от выхода из переулка.
— Рана на лбу, видимо, головой треснулся. Ничего страшного, сейчас укол сделаю и мазью замажу.
— Давай, лечи, доктор, — морщась от боли, цедит сквозь зубы пилот. — Только быстрее.
— Машина на ходу? — интересуется у него Курт с надеждой в голосе.
— Пока нет.
— Хорошие дела! — присвистывает Брюннер. — Что значит «пока»?
— Я в отключке был, — поясняет Василий, Курт тем временем делает ему укол. — Прихожу в себя, а вокруг пальба, катер в дыму. Я с пола поднялся, смотрю — вы улепетываете, а твари за вами. Ну, я и дал по ним хорошенько. Надеялся, что хоть чем-то вам помогу.
— Уж помог, так помог! — я бросаю благодарный взгляд на летчика. Лицо его порозовело, ему явно получше — препарат действует быстро и эффективно: — Так что с катером?
— Отстрелялся я, значит, и давай поломку выявлять.
— Нашел? — не выдерживает Курт.
— Конечно, — через силу улыбается Василий. — Только починить еще не успел.
— Это надолго? — тревожно интересуюсь я. Чужаки с минуты на минуту могут появиться, да еще и дополнительные силы наверняка подтянут. А уж если прилетят «крабы», так нам точно труба.
— Быстро.
— Чини, мы прикроем.
— Ладно, — Василий поднимается и уходит внутрь катера. Брюннер занимает позицию рядом со мной.
— Как с патронами? — интересуется он.
— Пока хватит.
— А у меня последняя обойма, и полбатареи заряда.
— Ничего. Думаю, наш бравый пилот быстро управится. Если нам так долго везло, то фортуна и сейчас не оставит.
— Мне бы твой оптимизм, — скептически замечает Брюннер.
Наша задача отстреливать любую тварь, которая покажется, и не дать чужакам использовать гранатометы. Закрываю забрало, настраиваю бинокль. Выход из переулка виден теперь как на ладони. Батарея в винтовке заряжена наполовину, а потому меняю ее на новую. Ждем.
Василий, стуча каблуками, спускается по трапу, неся в руках небольшую коробочку.
— Минуты две мне надо, — сообщает он нам. — Так что не подведите, ребятки, если полетать хотите.
— И ты не копайся, — бурчу я, не поворачивая головы.
Страшный взрыв возвещает о том, что чужаки нарвались на оставленную мною растяжку. Взрыв их не остановит, но хотя бы уменьшит численно. Вскоре появляются высовывающиеся из укрытий головы, и мы с Куртом открываем огонь. Расстояние большое, но с нашей техникой это не помеха. Бью очередями, не беспокоясь за расход боезапаса — минут на десять плотного боя зарядов мне хватит, а если катер не взлетит, так никакие запасные обоймы не помогут.
Твари кидаются в атаку, стреляя изо всех стволов, пули свистят над нашими головами, вгрызаются в землю совсем рядом. И все же схватка больше походит на стрельбу в тире по мишеням. Чужаки падают как подкошенные один за другим, палец на спусковой кнопке начинает неметь.
Первая волна спадает, твари прячутся по щелям. Воспользовавшись небольшой передышкой, разминаю ладони и снова готовлюсь к стрельбе.
Пошла вторая
