Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
много места, и мы втиснем туда все, что получится. Возьмите с собой самое необходимое. Что–то придется оставить.
Старший жестом подзывает Барти и сам отступает на несколько шагов назад, чтобы все внимание обратили на того.
— Я тоже хотел кое–что сказать, — начинает Барти через свой вай–ком. — То, что рассказал вам сейчас Старший, правда. Я был сегодня в этом шаттле и видел все своими глазами. И о том, что нужно оставить, он тоже правильно сказал. И… — Он с трудом сглатывает. — Меня придется оставить тоже. «Годспид» — мой дом. Я не хочу другого. Я остаюсь. И если кто–то хочет остаться здесь со мной — пожалуйста.
У меня отпадает челюсть. Оглядываюсь, ожидая, что люди удивятся или отнесутся скептически, решат, что Барти не в себе… Но не все… так считают.
Многие, похоже, согласны.
Они выбирают стены.
— А можно? — кричит кто–то.
— А это безопасно?
— Это самоубийство, — бурчу себе под нос, но ответить вслух смелости не хватает.
Старший пересекает пруд и подзывает к себе какую–то девушку. Она кивает и что–то говорит ему, то и дело кидая взгляды на Барти и толпу за спиной.
Наконец Старший снова обращается ко всем:
— Ученые считают, что корабль сможет функционировать еще по крайней мере в течение одного поколения. Может быть, и неопределенное время, если поддерживать биосферу и экономить энергию.
В толпе вспыхивают разговоры. Старший поднимает руку… и все тут же замолкают.
— Это важное решение. Что бы вы ни решили сейчас — пути назад не будет. Выберете вы остаться или улететь — ваше решение будет окончательным.
Он делает глубокий вдох.
— Но это будет ваше собственное решение.
На исходе дня Эми все–таки припирает меня к стенке на уровне хранителей.
— Ты же это не всерьез?
— Я не могу заставлять их лететь. — Отвожу плечи назад, пытаясь хоть немного расслабить напряженные мышцы.
— Это самоубийство! «Годспид» вечно не протянет — несколько поколений, и они все вымрут!
— Мы с Барти это обсудили, — говорю я, падая на один из синих пластиковых стульев, которые еще раньше притащил в Большой зал из учебного центра. — Когда корабль перестанет поддерживать системы жизнеобеспечения, они…
— Что? — кипятится Эми. — Массовое самоубийство совершат? Дружно закроют окна и выкрутят газ на полную?
Понятия не имею, что она имеет в виду.
— У Дока много пластырей разного действия. Черные…
— Убивают? — перебивает она с отвращением.
— Безболезненно, насколько это возможно.
Уронив руки, Эми начинает мерить шагами Большой зал.
— Это смешно, — говорит она. — Ты не можешь бросить их здесь! Их надо заставить лететь. Они убивают себя…
— Я разговаривал с учеными, — перебиваю. — Корабль не развалится за одну ночь. Энергии хватит еще как минимум на пару поколений.
— А потом?!
А потом — черные пластыри.
— Это их желание.
— Ты же командир! Прикажи им лететь!
Я жду, когда она перестанет носиться и посмотрит на меня.
— Эми, мне приходится учитывать не только твое мнение.
Она осекается, будто подавившись собственными словами, потом садится напротив.
— Сколько народу остается?
— Примерно восемьсот.
— Восемьсот! — Эми снова вскакивает.
— Примерно.
— Это…
— Больше трети всего корабля, — говорю я.
— Неужели они хотят умереть в клетке вместо того, чтобы жить на планете?
— Это их дом, Эми. Я знаю, тебе не понять, как «Годспид» может быть домом, но это так.
Она медленно садится обратно.
— Ты должен заставить их лететь, — отрезает она. — Но, — добавляет, стоит мне открыть рот, — я понимаю, почему они хотят остаться. Если никогда не видеть ничего другого…
— Эми, — прерываю я. — Нам придется позволить им решать за себя. — Касаюсь ее колена, и она снова смотрит на меня. — Но мы–то летим.
Ее лицо озаряет робкая улыбка. Эми наклоняется вперед, поставив локти на колени.
— О–о–о, Старший, тебе там так понравится! Целый мир без стен. Там так много… — тараторит она на одном дыхании, словно облегчение выплескивается из нее словами, — так много нужно увидеть. Деревья — огромные, высоченные, как башни. Ваш пруд… он такой малюсенький… а на планете будет океан. Облака. Небо… небо! И птицы. Ты увидишь птиц!
— Я видел птиц! — смеюсь я. — У нас тут куры.
— Нет! — В голосе Эми звучит музыка. — Это даже не настоящие куры. А я говорю про настоящих птиц! Которые так громко щебечут по утрам, что просыпаешься без будильника. Птицы, которые летают, пикируют и парят!
С этими словами она вскакивает, размахивая
