Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
что экспедиция продолжается, что можно рожать детей, каждый, кто способен был держать мелок или кисть, заново нарисовал Прибытие. На первом месте, в центре композиции, теперь изображали «Луч»: кванты реконструировали облик корабля по техническим документам, как динозавров реконструируют по скелетам. Огромный «Луч» на всех картинах накрывал собой новый мир, и люди у его подножия были с трудом различимы. Полотна и миниатюры, батики и акварели заняли место прежних картин — в столовых и галереях, в коридорах и спортзалах, в кабинетах и спальнях.
Но здесь, в углу рубки, по–прежнему хранились старые наивные изображения, до–аварийные, с голыми людьми и высокими водопадами. Лиза смотрела на них, когда ни на что другое не оставалось сил.
Она жила в серой мути, на таблетках, которые синтезировал для нее Луч. Она двигалась, ходила, говорила; наверное, сегодня ей следовало обнять Йоко, поблагодарить за искренние слова… За память о Греге… живой человек бы так и сделал. Живой человек, возможно, растрогался бы, увидев пятиметровую статую Грега, изваянную из синтезированного мрамора с применением античных технологий, но Лиза не пришла на церемонию открытия. Ей не нужна была статуя. Ей не нужен был мертвый герой. Горстка пепла так и осталась в энергетическом отсеке, и сотни раз во сне Лиза пробиралась по узким металлическим норам, чтобы увидеть горстку пепла на железном полу и проснуться с воплем отчаяния…
Сбоку экрана открылось окно коммуникатора — Илья. После смерти первого поколения — ведущий биохимик «Луча». На год младше Лизы, круглолицый, мягкий, застенчивый, он всегда по–особенному к ней относился, а после гибели Грега взялся опекать, «поддерживать», но Лиза очень жестко дала ему понять, что его помощь неуместна; после этого они общались редко, только по работе.
Теперь у Ильи на экране было странное, неподвижное лицо.
— Лиза, — сказал он хрипло. — Зайди в лабораторию, пожалуйста. Есть кое–что, надо обсудить.
* * *
Илья сидел за рабочим экраном в лаборатории, на нем был белый халат старинного покроя, неизвестного предназначения: Илья видел в старых фильмах, что ученые носят лабораторные халаты, и сам себе сшил нелепый кокон с карманами. Впрочем, что–то в этом было: метка посвященного. Странная одежда. Еще бы колпак звездочета натянул.
— Привет. Что ты хотел обсудить?
Он указал на стул рядом. Лиза не стала садиться, посмотрела на экран:
— Я в этом мало что понимаю.
— А я объясню. — Он облизнул губы. — Прошло больше года с тех пор… как мы справились с Аварией…
Он отвел взгляд, будто извиняясь за формулировку. «С тех пор, как Грег убил себя ради нас» — вот что он должен был сказать.
Лиза ничего не почувствовала. Серая муть вокруг сделалась немного плотнее.
— Я знаю. Ну и?
— С тех пор забеременела и родила только Йоко.
— Но, — осторожно сказала Лиза, — мы не объявляли чемпионат по оплодотворению самок. Люди сходятся, расходятся… выбирают. Мы же выросли вместе. Мы братья и сестры. Психологически сложно. Это у Роджера с Йоко все было ясно давным–давно, поэтому…
— У мой сестры, Оли, с Азизом тоже давным–давно. Они год как отменили контрацепцию. Беременности нет. Оля попросила меня помочь…
— В смысле — «помочь»?
— В смысле я сделал лабораторный анализ… Азиз стерилен. Он не может иметь детей.
— Жалко, — медленно проговорила Лиза. — Им придется разморозить «отца» из пробирки, но это же не конец света, и…
— Все парни из второго поколения стерильны, — глядя ей в глаза, отчетливо произнес Илья. — Азиз, я, Роджер… все!
Сделалось тихо.
— Илюш, но это ерунда, — сказала Лиза очень мягко. — Я только что была у Йоко, их сын…
Илья перевел взгляд на что–то на лабораторном столе. Лиза увидела детскую соску. Синюю, с пластиковым колечком.
— Отец Адама не Роджер, — тихо сказал Илья. — Я провел тесты… несколько раз. Отец ее ребенка — анонимный донор из банка спермы. О доноре известна его раса… больше ничего.
Лиза подтянула к себе стул и села. Впервые с момента гибели Грега серая пелена перед ней дернулась, в ней появились рваные прорехи. Мир, который открылся за ними, был отравлен и проклят.
— Ты проверял?
— Сто раз! Знаешь, я… не понимаю, почему это вскрылось только сейчас. Луч автоматически контролирует наше здоровье… должен контролировать.
— Луч, — громко сказала Лиза. — Почему ты не выявил бесплодие мужчин экипажа, почему не сообщил?!
— Не было запроса, — ровным голосом отозвался искусственный интеллект. — Создать запрос? Провести исследование? Оповестить экипаж?
— Нет! — рявкнула Лиза.
Луч замолчал. Лиза сидела, раскачиваясь на стуле, двумя руками вцепившись в волосы:
— Не
