Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
блеф. Славик доброжелательно кивнул и предложил идти вместе. Денис пошел, преодолевая тошноту: просто для того, чтобы быть рядом и создавать иллюзию контроля.
Славик крикнул Элли, чтобы та не стояла под дверью, примерился, разбежался и не то чтобы выломал — просто снес дверь с петель вместе с замком. В той самой комнате, где Денис впервые в жизни переспал с женщиной, на полу под фальшивым окном сидела Элли в розовой пижаме. Улыбалась жуткой неестественной улыбкой, смотрела стеклянными глазами. Славик поставил выломанную дверь к стене:
— Идем.
Элли будто не слышала его. Мельком посмотрела на Дениса и отвернулась. Славик подошел к ней, Денис сжал кулаки; Славик подхватил Элли под мышки и закинул на плечо, как людоед добычу.
— Осторожнее! — вякнул Денис.
Выйдя из комнаты, Славик перехватил Элли поудобнее и так, босую, в пижаме, отнес в офис. Марго отвела глаза. Славик сгрузил Элли на ее место у стола. Она осталась сидеть, завесив лицо распущенными темными волосами.
Календарь эксперимента на большом экране сменился статистикой: Население — 512. Счастье — 43%. Цивилизованность — 71%. Осмысленность — 77%.
— Луч, мы готовы к воздействию, — спокойно, почти весело сообщил Славик.
— …Ни меня, ни вас тогда не было на борту Луча, но все–таки мы уже были.
— Не было! — влез семилетний Антоша, самый болтливый ребенок, которого Лиза когда–либо встречала в жизни. Сидящие рядом восьмилетние братья толкнули его с двух сторон, призывая к порядку.
— Были, — Лиза улыбнулась. С этой истории она всегда начинала свои сказки, но рассказывала всякий раз немного по–новому, чтобы они, знавшие все наперед, не успевали соскучиться. — Что такое квант?
— …Это частичка света. Это взрослый человек, который живет на Луче. Это…
— Неделимая величина в физике, — сказал Адам.
В последнее время сын Йоко выделился из общей детской компании — в свои десять лет выглядел подростком лет тринадцати. Сам настоял, чтобы его перестали вносить в общий рейтинг успеваемости, — фора в два года, которую он имел в силу возраста, давала преимущество даже перед чудо–ребенком Мишель, и та все больше нервничала, обнаруживая Адама в рейтингах не позади, а впереди себя. У Адама была золотая звезда, нагрудный знак, который вручали только отличникам и только за особые заслуги, но он не надел ее ни разу. Год назад он спросил у Лизы, какие науки надо учить, чтобы стать космофизиком, — хотя мог бы спросить у Луча. Лиза ценила его доверие.
— Вы правы, вы все по–своему правы. Луч — поток квантов, но луч — еще и электромагнитная волна. Мы — кванты, каждый по себе частица, личность, но не только. «Луч» имеет квантовую и волновую природу; «волна» — это наша система ценностей. Цивилизация. Легко хранить огонь в огромном костре, а попробуй сохранить его в единственном угольке на ветру. «Луч» — тонкая щепка, несущая огонь сквозь холод, пустоту, темноту…
Они заскучали — все, кроме Адама. Лиза улыбнулась:
— Ну а теперь сказка. На одном корабле жила девочка…
Высоко над головой покачивались, как лианы, веревочные лестницы и трапеции. Дети сидели на мягком покрытии гимнастического зала, и некоторые, самые впечатлительные, уже готовились зажимать ладонями уши.
* * *
— Мишель хочет тоже слушать твои сказки.
— Пусть приходит.
— Она говорит, что вокруг тебя собираются неудачники. Я, например…
— Она сама себе враг, Сезар. Но она свободна, не хочет приходить — пусть не приходит.
— Лиза… а что случилось с отцом Адама?
Она рассеянно поглядела на мальчишку, идущего рядом по внешней улице–тропинке вокруг башни.
— Он умер, ты же знаешь.
— Отчего? Мы знаем, что Грег пожертвовал собой ради того, чтобы мы все могли родиться.
— Да…
— Отец Адама тоже пожертвовал собой? Я спрашивал Луча, он говорит — «информация для совершеннолетних»…
— Знаешь, — сказала Лиза. — Я думаю, что… с отцом Роджера случилась беда. Как в моих сказках, когда открывается тайный люк…
— Нет–нет, — Сезар поежился. — Твои сказки — это же выдумка, да?
В последнем вопросе прозвучала надежда.
— Беда — не выдумка, — сказала Лиза. — Она может случиться с любым человеком, самым смелым. Отец Роджера погиб. Но никакая беда не отменит того, что мы несемся сквозь пустоту со скоростью света, к точке, в которой все решится, — к Прибытию. К точке, где все живы.
Положила ладонь на вихрастую русую голову — и вспомнила, как трепала гладкие черные волосы маленькой Йоко.
