Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
эксперимента, — мягко сообщил Луч. — Оно не может быть принято. По условиям программы, следующая возможность воздействовать на экипаж будет предоставлена вам завтра, в десять утра.
Несколько секунд они сидели молча, осознавая то, что случилось, задержав дыхание, стиснув пальцы на краю столешницы. Голограмма над столом мерцала, «Луч» среди звезд казался осязаемым и призрачным одновременно.
Мигнул большой экран, отражая рейтинг участников. Фотография Марго соскользнула с третьей позиции на четвертую, пропуская Элли наверх.
Марго заплакала. Денис так привык к ее слезам, что не испытал даже тени сострадания — только отрешенную злость:
— Довольна?!
— Я хочу домой, — Марго вытерла щеку тыльной стороной ладони, но слезы лились как из ведра, не переставая. — Я просто… хочу быть с ним рядом, когда он умрет, держать его за руку.
— Да может, он и не умрет! — в раздражении выкрикнул Денис.
Марго безнадежно помотала головой:
— Я думала, программа закончится за один день и нас отпустят.
— А то, что мы все проиграли бы с такой статистикой…
— Мне–то что. Я уже проиграла.
Она с трудом поднялась, пошатнулась, ухватилась за стол. Автоматическая дверь открылась, пропуская ее. Славик недоуменно смотрел вслед.
— Славик, — мягко позвал его Денис. — Почему ты сказал сегодня, что ты за Марго?
— Она меня попросила. А я… решил ей сделать приятное.
— Больше так не делай, и знаешь почему? Если Марго испортит нам статистику, ты пойдешь в тюрьму. А ты же этого не хочешь.
— Я думал… — Славик отчетливо побледнел, кровь отлила от щек кофейного цвета, и они сделались почти серыми. — Хорошо, не буду, не буду…
Поморщившись, он коснулся макушки, где курчавые волосы слиплись от запекшейся крови:
— У меня башка болит. С тех пор, как я свалился в бассейн… Болит и болит. Почему это, а?
* * *
— …Но есть и хорошие новости.
Денис и Элли сидели в теплой бурлящей воде, прижавшись друг к другу, слившись воедино, будто горячий распаренный осьминог.
— Я теперь на третьем месте, — с нервным смешком сообщила Элли. — Ты ведь это имел в виду?
— Я имел в виду, что Луч показал нам границы возможностей… наглядно. Знаешь, я очень надеюсь, что у тех, кто играет против нас, тоже есть границы.
Она отодвинулась, выкарабкалась на бортик, села, отведя с лица волосы. Тонкие струйки воды сбегали с темных прядей, катились по коже:
— Зачем ты об этом? Так было хорошо…
— Важно понимать. Если наш противник захочет запустить на корабль, например, вирус кори, от которого умрет половина детей, — он получит отказ. Нет простых решений.
— Дэн, — сказала она жалобно. — Я хочу верить, что все будет… все обойдется. А ты говоришь мне о вирусе кори.
— Верь, — он улыбнулся. — Шансы у нас есть, и приличные. Мы справимся.
— Какой смысл ты дашь им вместо стратегии Славика? Ну не будут они бороться за место под солнцем… под лампой. Ну все у них есть, сытые, довольные, как после Старта… А смысл их жизни теперь станет — в чем?
— Элементарно просто, — Денис тоже выбрался из джакузи, уселся на бортик, чувствуя, как приятно холодит ветерок разгоряченную спину и плечи. — Лежит на поверхности. Гармонически следует из самой природы эксперимента. Я знаю, Элли, знаю, в чем смысл их жизни!
Он засмеялся, распираемый счастьем, как воздушный шарик — теплым воздухом. Элли смотрела на него, он видел себя ее глазами — умнейший, сильнейший, лучший в мире мужчина. Взрослый. Великодушный.
Счастье — сто процентов. Осмысленность — сто процентов. Цивилизованность… ладно. Сегодня Денис будет вести себя как дикарь.
Неприлично счастливый, болтливый, прожорливый, жадный до ласки дикарь.
Мишель дождалась, пока в гимнастическом зале никого не останется, привязала скакалку к турнику и другой конец стянула петлей. Луч, самообучающийся искусственный интеллект, отреагировал не вовремя, как с Лизой, и не с опозданием, как в случае Роджера. Он отреагировал с упреждением, поэтому за секунду до того, как Мишель оттолкнула ногой гимнастический куб, в зал ворвались Йоко, Софи, Илья, Саша–Второй и Лиза.
Никаких вопросов, никаких упреков, Саша взял дочь на руки и унес в лесную рекреационку и там носил по тропинкам между соснами, в густом запахе травы и хвои, под шум далекой реки, четыре часа без остановки. Софи шла рядом и держала дочь за руку. Стемнело, звякали лягушки в топком болотце у берега, но Мишель не расслабилась, не зарыдала и не попросила прощения. Она замкнулась и ушла в себя, будто сонная, и Лизе очень не понравилось такое
