Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
становились все ярче и ярче. Четыре солнца Альфы Центавра уже не выглядели, словно единый сверкающий бриллиант, а были отделены друг от друга черным космосом.
«Надежда Человечества» проскользнула мимо Проксимы Центавра на расстоянии свыше двух миллиардов миль. Теперь тусклая красная звезда медленно уплывала все дальше, оставаясь за кормой корабля.
Не красная маленькая Проксима была главной целью экспедиции, а Альфа. Астрономы Центральной Лунной обсерватории обнаружили семь планет, вращающихся вокруг Альфы Центавра. И одна из семи могла оказаться обитаемой.
Когда корабль находился еще на расстоянии четырех миллиардов миль от сердца звездной системы, Джонас, шестилетний сын Томаса Стрейнжбери, нашел отца в одной из гидропонных оранжерей, где под руководством Томаса отрабатывалась новая технология утилизации твердых остатков оборотного цикла. Дело не ладилось, хотя техники уже в четвертый раз меняли фильтры. Техники ругали ассенизаторов, ботаники — техников, а Стрейнжбери безуспешно пытался докопаться до истины.
— Дедушка хочет видеть тебя, папа. Он в капитанской каюте, — объявил мальчик.
Стрейнжбери кивнул. Глядя на сына, Стрейнжбери–младший почувствовал, как постепенно проходит раздражение. Людям полезно в какой–то миг осознать свое место в жизни. С того времени, как родился сын (а случилось это через семь лет после кризиса, причиной которого был Дженерети), Томас усиленно пытался добиться если не любви, то уважения и признания молодого поколения, своих сверстников из экипажа. Но он помнил и о том, что его сын должен расти, осознавая свое будущее предназначение приобрести все качества, которые необходимы будущему командиру космического корабля, который был фактически единоличным правителем маленького общества астронавтов.
Томас Стрейнжбери не забыл об историческом разговоре с отцом.
Оставив сына на игровой площадке у жилых блоков, Томас поднялся на лифте на офицерскую палубу.
Кроме Стрейнжбери–старшего в каюте собрались четыре физика из инженерного отдела и старшие офицеры Кэрсон, Хэнвик и Браун. Томас бесшумно опустился в кресло в сторонке. Он хорошо знал, о чем пойдет речь.
Догадаться было несложно. Вспышки.
В последние дни корабль двигался в космическом пространстве, где свирепствовала настоящая огненная буря. По всей длине корабля, от носа до кормы, на корпусе вспыхивали маленькие молнии, оставляя следы на обшивке. Несмотря на постоянно задействованные светофильтры, беспрерывные огненные вспышки слепили людей. Астронавтам, несущим вахту на мостике, приходилось перенапрягать глаза, часть вспомогательных наружных видеокамер сгорела, и их было нечем заменить. Кроме того, вспышки нервировали, вызывали психологические перегрузки, головную боль. Частота и интенсивность вспышек усиливалась, положение становилось по–настоящему опасным.
— … считаю, что мы попали в газовое облако, — говорил Плаук, старший физик. — Как вам известно, космическое пространство — это не абсолютный вакуум. Оно заполнено, особенно вблизи звездных систем, большим количеством атомарного водорода и других частиц. В таких запутанных, с гравитационной точки зрения, структурах, таких, как система солнц Альфа Центавра и Проксима Центавра, должно накапливаться значительное количество ионизированного газа. Однако нельзя сказать, что это обычное пылевое облако. Судя по всему, частицы, составляющие большую его часть, активны сами по себе и обладают повышенным электрозарядом или чем–то в таком роде… Хотя межзвездные электрические бури — не новость, должен сказать, что подобное явление ранее никогда не наблюдалось.
Старший физик замолчал и вопросительно поглядел на одного из своих ассистентов, Киссера. Тот взял слово.
— Прошу прощения, сэр, но я не совсем согласен с теорией электрических возмущений. Нет, я не отрицаю наличия следов газа в межзвездном пространстве, но я полагаю, что досаждающее нам явление вызвано в первую очередь нами самими. Точнее, высокой относительной скоростью нашего корабля. Именно этот фактор и обусловливает вспышки. Даже при относительно невысокой плотности атомарного водорода значительная кинетическая энергия частиц обеспечивает выделение энергии в диапазоне видимого спектра. — Киссер сделал многозначительную паузу. Он был неприметным мужчиной, но говорил уверенно. — Правда, — продолжал он выдержав многозначительную паузу, — это не вполне объясняет, почему интенсивность вспышек растет, в то время, как наша скорость снижается. Но, с другой стороны, и плотность межзвездного газа может расти по мере приближения к сердцу звездной системы.
— Какой же вывод? — спросил старший
