Звездный ковчег

колоннада у дальней переборки…
— Все это так, — проворчал Арнольд, — кроме того, что мы видим не такой же Бронвудский лес, а какие–то… джунгли.
— Мы не исключали, что эволюция в изолированных «темных зонах» могла идти иным путем, — высказался Телье.
— Я думаю, что стоит повременить с разговорами, коллеги. — Милфорд сложил подзорную трубу и посмотрел на нас.
— Валяйте же, Джошуа! — бросил Арнольд.
Тогда Милфорд — с опаской, будто полагал, что отверстие внезапно закроется и разрубит его, подобно гильотине, — шагнул на противоположную сторону. Одной ногой, затем другой. Мы затаили дыхание.
— Здесь скользко, — сказал Милфорд, и все рассмеялись: наверное, это были не те слова, которые полагалось произносить, впервые ступая на новые земли.
За Милфордом последовал Арнольд, затем — Телье, я, Киллиан и майор Шефнер. Потом пришла очередь студентов.
Итак, мы оказались в «темной зоне».
Точнее, мы оказались на новой территории, которая отныне стала частью Объединенного Королевства.
Сверкнула магниевая вспышка: Ганн сделал первую фотограмму удивительного леса, который гудел, точно предостерегая незваных пришельцев, в пятидесяти футах от переборки.
Здесь все было точно в кошмаре, навеянном опиатами. Ни одного привычного глазу деревца или кустарника. Древовидные папоротники с листвой, похожей на роскошные опахала. Уходящие к своду трубчатые хвощи, словно сошедшие с иллюстраций Франса Гигера — оформителя нового издания палеонтологической энциклопедии. Древовидные растения вроде членистых лап насекомых, коряво произрастающие пучками из одного корня и с иглоподобными ветвями в верхней части. Здесь были и настоящие исполины высотой до шестидесяти футов, они напоминали мне перевернутые метлы.
— Параллельные отсеки… — проговорил, смакуя каждый слог, Милфорд; он стоял, скрестив на груди руки, и задумчиво глядел перед собой. — Кто бы мог подумать… Новый мир буквально в шаге от нашего. Все, что было нужно сделать — заглянуть за стену, которую мы привыкли не замечать.
Студенты под руководством Арнольда разобрали водорезку и погрузили оборудование в фургон. Было ясно, что основной лагерь останется на прежнем месте, поскольку фургонам дальше не пройти. В джунгли «темной зоны» отправились Киллиан и Телье со своими студентами. К ним присоединился майор Шефнер, как эксперт по безопасности. Я рассчитывал на вторую вылазку, Милфорд — тоже. Далее мы планировали измерить площадь «темной зоны» и нанести ее границы на карту Корабля. Если теория симметрии подтвердится, а мы в этом почти не сомневались, то Бронвудский лес и джунгли по другую сторону переборки на карте будут выглядеть, как два крыла красивой бабочки.
Как ни странно, но вечер в «темной зоне» настал гораздо раньше, чем мы ожидали. Оранжево–красный свет стал вишневым, пугающим. Болотистая почва источала пар, и загадочный лес постепенно скрылся за завесой пахнущих гнилью клубов. Это привело нас в удивление и испуг, потому что на «нашей» стороне был день — самый обычный светлый день. И хронометры говорили, что сейчас только три часа после полудня.
Вскоре лампы под сводом «темной зоны» погасли полностью, свет лился только сквозь отверстие в переборке. Большая часть внимавших вечерним джунглям «темной зоны» участников экспедиции поспешила вернуться на сторону Бронвудского леса.
Но там нас уже ждали. Я успел увидеть ужас в округленных глазах студента, которого мы оставили присматривать за фургоном с оборудованием. И в следующий миг мускулистая рука, сжимающая кривой нож, оборвала несчастному юноше жизнь. Лезвие вскрыло студенту горло, и горячая кровь щедро окропила пожухлый дерн. За спиной студента стоял коренастый китаец в серой от въевшейся угольной пыли робе. Его лоб был выбрит, а волосы собраны в длинную косу.
Признаюсь, я оторопел. Вместо того чтобы перехватить «ремингтон» и взять убийцу на мушку, я несколько долгих мгновений просто глядел в озаренные злым светом раскосые глаза. Все–таки, как это ни прискорбно осознавать, я уж не тот молодой авантюрист с молниеносной реакцией, которым был в еще не столь отдаленное время.
Когда же, словно пробудившись, я прижал приклад к плечу, то бритолобый китаец исчез, словно испарился, но сейчас же ожил подлесок: из густой тени выдвинулись цепью люди, одетые в робы.
— К бою! — закричал я, продолжая отставать на все те же драгоценные мгновения от ритма, в котором разворачивались события.
С шипящим присвистом воздух рассекла черная молния. Профессор Арнольд, стоявший рядом со мной, взмахнул руками, словно хотел отогнать комариную тучу. Из его роскошной бороды торчало оперение стрелы, которая вошла профессору под