Звездный ковчег

время, хотя грязевое покрытие смывалось каждый раз, как Чималу приходилось переплывать более глубокие участки болота.
В болоте подстерегали и другие, более серьезные опасности. Зеленая водяная змея плыла навстречу Чималу, извиваясь в воде и высоко подняв голову, готовая к нападению. Он отогнал змею, плеснув на нее водой, потом выломал сухую ветку для защиты от ее родичей.
Впереди между деревьями блеснул солнечный свет. Узкая полоса воды отделяла болото от нагромождения камней. Чимал влез на скалу, радуясь солнцу и отсутствию насекомых.
Раздутые черные твари, каждая с его палец длиной, свисали с его тела, влажные и отвратительные на вид. Когда он коснулся одной из них, она лопнула, и рука его сделалась липкой от его собственной крови. Пиявки. Чимал видел, как их применяли жрецы. Каждую нужно было осторожно снять, что Чимал и сделал. Тело его было покрыто многочисленными мелкими ранками. Смыв с себя кровь и остатки пиявок, Чимал посмотрел на вздымающийся над ним скальный барьер.
Ему ни за что на него не влезть. Огромные каменные блоки, не уступающие по величине храму, нависали друг над другом. Даже если удастся миновать один, другие наготове. И все же придется попытаться, если, конечно, не найдется проход там, где вытекает вода, хотя это казалось не менее безнадежным.
Размышления Чимала были прерваны победными криками. Он поднял голову и увидел жреца, стоящего на скале в нескольких сотнях футов от него. Со стороны болота слышались всплески: преследователь был не один. Чимал снова нырнул в воду и поплыл в поисках укрытия к деревьям.
День тянулся бесконечно долго. Чимал больше не попадался на глаза своим соплеменникам, но много раз слышал их шумное продвижение по болоту вокруг себя. Ему удавалось скрыться от них, ныряя в мутную воду и оставаясь там, насколько хватало дыхания, или прячась в самой густой, кишащей насекомыми чаще, куда преследователи предпочитали не заходить. К вечеру он был настолько измучен, что понял: долго он не продержится. Его спасло чужое несчастье — раздался вопль, а потом гул встревоженных голосов: кого–то ужалила водяная змея, и это охладило пыл остальных охотников. Чимал слышал, как они удаляются, но еще долго прятался под нависающей ветвью, погрузившись в воду так, что только голова была на поверхности. Его веки настолько распухли от укусов москитов, что ему приходилось раздвигать их пальцами, чтобы видеть.
— Чимал! — раздался голос издалека. — Чимал! Мы знаем, что ты там. Тебе не удастся скрыться. Лучше сдавайся, мы ведь все равно тебя найдем. Выходи…
Чимал отошел еще глубже в заросли и не стал отвечать. Он знал так же хорошо, как и они, что пути к бегству нет. И все же он не сдастся, не позволит им себя терзать. Лучше уж он погибнет в болоте, но умрет целым. И сохранит свое сердце.
Когда небо начало темнеть, он стал осторожно продвигаться к краю болота. Чимал знал, что никто из его преследователей не останется ночью в воде, но в скалах на берегу его могла ждать засада. От боли и усталости было трудно думать, но составить какой–то план необходимо. Если он останется там, где вода глубока, к утру он будет мертв. Как только стемнеет, нужно выбраться в тростник у берега и решить, что делать дальше. До чего же трудно думать…
На какое–то время он, должно быть, потерял сознание, потому что, раздвинув пальцами свои воспаленные веки, увидел звезды. На небе не было уже отсветов заката. Это почему–то его встревожило — в своем одурманенном состоянии Чимал никак не мог сообразить почему. Ветер шевелил шуршащий тростник за его спиной, потом всякое движение прекратилось, и воздух заполнила вечерняя тишина.
И тут далеко слева от реки донеслось рассерженное шипение. Коатлики!
Он совсем забыл о ней! Быть у воды ночью и забыть о Коатлики!
Чимал остался неподвижен, парализованный ужасом, и вдруг на берегу раздался скрип гравия и торопливые шаги. Первой его мыслью было, что это Коатлики, затем он понял, что кто–то прятался в скалах, чтобы схватить его, если он выйдет из болота. Этот кто–то тоже услышал Коатлики и теперь спасался бегством.
Шипение раздалось снова, ближе.
Раз уж он находил убежище в болоте целый день и раз на берегу его ждет засада, почему бы снова не поискать спасения в воде? Чимал медленно отошел от берега, не думая о том, что делает: голос богини прогнал все мысли из его головы. Медленно и бесшумно он пятился, пока вода не дошла ему до пояса.
Коатлики появилась на берегу, обе ее сердито шипящие головы были повернуты к Чималу. Звездный свет бросал блики на ее раскрытые клешни. Чимал был не в силах смотреть в лицо собственной смерти: оно выглядело слишком устрашающим. Он глубоко вдохнул воздух, нырнул и поплыл под водой. От Коатлики, конечно,