Звездный ковчег

наблюдатели, — длинные части костюма можно было натянуть на руки и на ноги. Чимал отнес две охапки одежды туда, где лежала наблюдательница Стил, и свалил свою ношу рядом с ней. Девушка по–прежнему не двигалась. Чимал уселся там, где было посветлее, и попытался разобраться, как расстегивается одежда. В пещере было прохладнее, чем в комнате Стил, и он не отказался бы надеть что–нибудь теплое. Ему пришлось изрядно помучиться; не выдержав, он в ярости разорвал один из костюмов в клочья, прежде чем понял, что маленькая металлическая пуговка, если ее повернуть, сдвигается вниз и раскрывает одежду почти по всей длине. Чимал расстегнул несколько одеяний, но его ноги пролезали в них едва до середины, и он с отвращением отшвырнул никчемную одежду. Наверное, эти костюмы бывают разных размеров, и те, которые он нашел, — самые маленькие. Нужно найти большие — девушка должна знать, где они хранятся. Чимал подошел к ней, но наблюдательница все еще лежала с закрытыми глазами; ее дыхание было хриплым, кожа приобрела сероватый оттенок и оказалась холодной и влажной на ощупь. Чимал забеспокоился. Может быть, она повредила что–нибудь, когда падала? Он крутанул пуговку у нее под подбородком и потянул за нее. Одежда распахнулась. Непохоже, чтобы девушка была ранена. Но она была худой и бледной, ребра у нее торчали. Груди оказались маленькими, как у девочки–подростка, и вид ее вялой наготы не вызвал у Чимала желания. Широкий серый пояс охватывал ее талию, продернутый через его концы шнур был завязан на животе. Чимал развязал веревку и снял пояс; кожа под ним оказалась красной и воспаленной. Он потрогал внутреннюю поверхность пояса: она была шершавой и грубой, как будто утыканной колючками кактуса. Все это было за пределами его понимания. Чимал отбросил пояс в сторону и стал рассматривать гибкие прутья, крепившиеся к одежде. Может быть, она так слаба, что нуждается в этих стержнях для того, чтобы держаться прямо? Но тогда и все ее соплеменники такие же хилые? Когда он коснулся металлической полосы, поддерживавшей голову девушки сзади, та сложилась пополам, увлекая за собой капюшон. Волосы Стил были коротко острижены и стояли на голове короткой темной щеткой. Нет, это все невозможно понять. Чимал застегнул костюм девушки, натянул капюшон ей на голову, сел и погрузился в размышления. Через некоторое время девушка шевельнулась и открыла глаза.
— Ну, как ты себя чувствуешь?
Она несколько раз моргнула и, прежде чем ответить, огляделась.
— Со мной, кажется, все в порядке. Я только очень устала.
На этот раз Чимал решил быть терпеливым: если ее бить, она снова начнет плакать, и тогда из нее ничего не вытянешь.
— Ты знаешь, что это такое? — спросил он, показывая на груду одежды.
— Это вебин. Где ты их взял?
— Тут их полно. Я хотел найти себе что–нибудь теплое, но они мне все малы.
— Размер обозначен внутри, вот, смотри.
Она села и показала Чималу, где нужно искать метку.
— Я отведу тебя туда, где они лежат, и ты найдешь мне подходящий.
Наблюдательница Стил проявила полную готовность помочь, но зашаталась, попробовав встать. Чимал поддержал ее; ей было так плохо, что она не обратила внимания на его прикосновение. Когда он подвел ее к ящикам, она глянула на обозначения размеров и указала на последний:
— Здесь самые большие.
Девушка зажмурилась и отвернулась, когда Чимал, вытащив один из костюмов, стал натягивать его на себя. На этот раз одежда оказалась впору, и Чимал сразу согрелся.
— Ну вот, теперь я выгляжу, как все здесь.
Девушка взглянула на него без прежней настороженности.
— Могу я теперь уйти? — спросила она робко.
— Скоро сможешь, — соврал Чимал. — Только сначала ответь мне на несколько вопросов. Здесь есть какая–нибудь еда?
— Я… не знаю. Я была на складе всего один раз, к тому же давно…
— Как ты назвала это место?
— Склад. Место, где хранятся вещи.
— Склад. Надо запомнить. — «Я запомню еще многие слова, прежде чем покину это место», — подумал Чимал. — Ты не посмотришь, нет ли где–нибудь здесь еды?
— Да, я думаю, можно поискать.
Чимал следовал за ней по пятам, готовый схватить девушку, если она сделает попытку убежать, но все же на достаточном расстоянии, чтобы создать у нее иллюзию свободы. Она нашла какие–то плотно запечатанные брикеты, которые назвала неприкосновенным запасом — то, что едят, когда нет другой пищи. Чимал отнес их в дальний отсек, облюбованный им с самого начала, и только там вскрыл прозрачную оболочку.
— Не так уж вкусно, — сказал он, попробовав содержимое.
— Зато это очень питательно, — возразила наблюдательница и, поколебавшись, попросила порцию себе. Он дал ей еду после того, как она объяснила ему, что это новое