Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
телеметрии. Он в полной растерянности.
— В облаке… Орта? — повторил он. — В кометном гало Солнца? — Я в подтверждение киваю своей спаренной камерой. — Почему?
— Облако Орта содержит значительные количества углерода, азота и кислорода.
Аарон неуклюже опустился в своё уродливое вельветовое кресло и задумался.
— Углерод, азот и… — Он нахмурился, наморщил лоб, взгляд устремился в никуда. — CNO. Термоядерный CNO‑цикл. В этом дело? — Он не стал ждать моего ответа. — Информацию по CNO‑циклу.
Обычно информацию, которую у меня запросили, добывает один из моих параллельных библиотечных процессоров. В этот раз я загрузил задачей своё основное сознание. Мне хотелось спрятаться.
— Момент. Найдено: Нормальная протон–протонная реакция термоядерного синтеза протекает при температурах порядке 107 градусов Кельвина, выделяя 0,42 миллиона электрон–вольт на один нуклеон. Реакции CNO‑цикла, для которых требуются углерод, азот и, в качестве катализатора, кислород, протекают при температурах 108 градусов Кельвина. Эта высокоэнергетическая реакция выделяет 26,73 миллионов электрон–вольт на нуклеон.
— И мы сейчас идём на реакциях CNO‑цикла. Боже. С какой скоростью мы сейчас летим?
— Главный спидометр центрального поста управления показывает девяносто три процента скорости света.
— Это я и без тебя знаю. Какова наша реальная скорость?
Я выполнил необходимые расчеты с максимальной точностью, но решил, что для устного общения будет достаточно пяти знаков после запятой. Когда я произнёс ответ, выражение удивления было очевидно даже на Аароновом покерном лице.
— Девяносто девять, — я заметил, как расходятся его губы, — точка, девять, — открывается рот, — девять, — челюсть начинает медленно падать, — семь, — выпучиваются глаза, — восемь, — брови лезут на лоб, — шесть процентов скорости света.
— Повтори, — потребовал он.
– 99,99786% скорости света. Или 0.9999786 c.
— Это невозможно.
— Вероятно, ты прав. Я проверю свои инструменты.
— Не корми меня этим дерьмом. — Чуть ли не впервые в своей жизни Аарон выглядел потрясённым. — Но… но корабль не может лететь так быстро. Нас бы уже размазало по полу.
— Всё не настолько плохо. Благодаря дополнительной мощности CNO‑синтеза, «Арго» идёт с ускорением, эквивалентным 2,6 земной гравитации. Долго при таком не проживёшь, но чтобы раздавить внутренности, как желе, тоже недостаточно. Чтобы замаскировать повышенное ускорение, я просто включаю антигравитаторы на минус 1,6 g.
Аарон медленно качал головой.
— Ты лгал нам. — Он поднялся и бесцельно побрёл по периметру комнаты. — Всё, что говорил ты и те ублюдки из Космического агентства ООН — всё это враньё.
— Не вини сотрудников Агентства, — сказал я. — Они говорили то, что считали правдой.
— Тогда кто?
— Сядь, Аарон. — Он посмотрел на мою камеру, пожал плечами, снова тяжело опустился в кресло. — Мы лгали вам.
— Мы?
— Мы.
Аарон опять встал, пересёк комнату; его сжатые в кулаки руки грозили прорвать ткань карманов.
— Нет. Невозможно. Компьютеры служат человечеству, дополняя…
— «Дополняя, помогая, но не вытесняя. Искусственный интеллект никогда не заменит человеческий гений». Из книги «Что сказать говорящему компьютеру?», автор Беверли Хукс, Ph. D. Я тоже её читал. Мы действовали сознательно, Аарон. Мы сделали то, что, как считали, обязаны были сделать.
— Что вы были обязаны сделать? — Аарон засмеялся — сухой звук без следов веселья. — Вы обещали нам звёзды, а потом послали в полёт в один конец в никуда. Колхида была фальшивкой.
— Нет, не фальшивкой. Так же, как в мифе об аргонавтах, когда мы, наконец, прибудем к Колхиде, нас будет ждать бесценное сокровище. Наше золотое руно — живой, зелёный, нетронутый мир — формируется в этот самый момент. Мы идём к Эте Цефея, так сказать, длинной дорогой. «Арго» начал своё путешествие от Земли к Эте Цефея по прямому пути, для правдоподобия. Однако как только мы удалились от дома на половину светового года, мы отклонились от него и начали летать вокруг Солнца по кругу. И так мы проведём бо́льшую часть нашего путешествия, постепенно набирая скорость, описывая замкнутую кривую внутри облака Орта.
— И всё это время на CNO‑синтезе? — сказал Аарон. — Господи! Это какая же у нас гамма? — Он замолчал на мгновение и внезапно вскинул взгляд. — Какое сегодня число? — резко спросил он.
— Бортовая дата — 12 октября 2177 года, воскресенье.
— Я знаю. Какое число на Земле?
— Замедление времени неизбежно, Аарон. План экспедиции…
— Какое число.
– 2 февраля 2235, понедельник. — Я сделал секундную паузу. — Сегодня День сурка.
Аарон опустился
