Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
— движения там нет, а третий, похоже, вращается с постоянной скоростью, — говорит Циной. — Произошло что–то плохое. Если Штурманская Группа должна была найти для нас тихую гавань, то с задачей она не справилась.
— Что… — Женщина–паук умолкает, словно ей трудно подобрать необходимые слова. — Что такое «новая» и «сверхновая»?
— Ты помнишь, что такое солнце? Звезда? — спрашивает Циной.
— Я не дура.
— Отлично. Новая — это огромный взрыв, звезда, с которой произошла катастрофа. К системам, в которых есть новые, мы и близко не должны подходить. Сверхновая — гораздо хуже; она такая мощная, что может всего за несколько лет поглотить сотни звезд. — Мышцы Циноя снова изменяют свое расположение, придавая ему облик покрытого инеем ежика — еще один образ, который будет тревожить меня в кошмарах. «Убийца» — и ученый. — Похоже, звезды и межзвездное пространство — моя специальность.
— Может, ты из Штурманской Группы, — говорит Желтый Великан.
Мы все таращимся на него. Что?
Глаза Циноя бегают, голова слегка подергивается — судя по всему, он снова смотрит в космос.
— Звезды в центре, пустое пространство, окруженное блестящими нитями… волновое излучение, ионизирующее межзвездное вещество… Вероятно, лет пятьдесят назад или больше здесь взорвалась сверхновая. Быть может, Корабль повредила именно она.
— Ого! — восклицает Желтый Великан. — Как же это могло произойти?
— Это или случайность, или чей–то крупный провал, — отвечает мой близнец.
— Или саботаж, — говорит женщина–паук.
Мы умолкаем. Она спрашивает, какой вариант мы выберем — будем искать люк для стыковки на последнем целом корпусе или вернемся обратно к месту рождения? Она действительно так и говорит: к месту рождения.
— Нам нужна Мать, — произносят девочки почти в один голос.
— А вы–то откуда? — спрашивает Желтый Великан. — И кто научил вас управлять этим кораблем?
— Это наш секрет, — шепчет одна из девочек, еще крепче обнимая сестру.
— Ладно, — соглашается женщина. — А как же наш новый товарищ?
Она смотрит на Костяного Гребня. С тех пор как мы покинули корпус, Гребень и слова не сказал.
— Ты нас понимаешь? — спрашивает у него Желтый Великан.
Тот кивает, затем качает головой.
Женщина–паук снова кладет руки на полусферу.
— Похоже, что у всех корпусов люки расположены одинаково. Если возражений нет, я иду на стыковку.
— Возможно, нам следует… — Мой двойник умолкает. Я знаю, что у него на уме и почему он передумал. Возможно, третий корпус в таком же скверном состоянии, как и первый, — тогда нам, наверное, стоит выбрать другой вход. Но этого мы не знаем. В шторм любая гавань хороша, особенно если другие варианты — погибнуть в бою или вечно парить в космосе.
Кораблик — «яйцо» летит тихо — шум двигателей не слышен, движение не ощущается. Вдруг — один легкий толчок, другой…
Внезапно мы останавливаемся. Я чувствую, что корабль стыкуется с чем–то большим и массивным. Наконец «челнок» замирает.
— Корпус‑3, — объявляет женщина. — Если техника еще работает, попытаемся открыть люк.
Одна из девочек подплывает к панели рядом с люком и тянет ее в сторону. Люк открывается; за ним — теплый свет. На секунду мне кажется, что здесь пожар, но потом я чувствую холод. Никакого огня нет, воздух прохладен и свеж. Вокруг — лишь красноватые лампочки, по которым ориентируются факторы и «убийцы».
Желтый Великан вызывается идти первым. Я протестую, но он поднимает огромную лапищу, твердо смотрит мне в глаза, затем поворачивается к Циною.
— Если не вернусь, ты с одним из Учителей выясни, что случилось. Если и они не вернутся, — обращается он к женщине, — улетайте ко второму корпусу или туда, куда сочтете нужным.
— Я с тобой, — говорит девочка. — А одна останется здесь.
— Нет. Хочу отвечать только за себя. Холода я, в общем, не чувствую, так что, надеюсь, сумею добраться до рубильника и включить отопление.
— Как ты узнаешь, где нужно искать? — спрашивает женщина.
— Очарую корпус своим остроумием, — отвечает Желтый Великан и проходит сквозь люк. — Закройте его за мной. И отчаливайте, если не вернусь через… десять минут.
Легкость, с какой он говорит слово «минут», запускает в памяти новый поток ассоциаций. Секунды, минуты, часы, дни… Планета вращается вокруг своей оси, одна сторона в тени, другая купается в солнечных лучах. Затем воспоминания о днях, месяцах, пентадах и декадах, которые складываются в год — время одного оборота по орбите вокруг Солнца…
Эти слова уже всплывали у меня в
