Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
и файлы, к которым никто, кроме нее, не имеет доступа. Фрее часто казалось, что Деви чувствует себя спокойнее в компании Полин, чем с живыми людьми. Бадим говорит, что у этих двоих есть много общего: они большие, непостижимые, всеохватывающие, вездесущие. Великодушные, самоотверженные. Возможно, это folie à deux, что, объяснил он, переводится с французского как «безумие на двоих». Не такая уж редкость, которая к тому же может оказаться и благом.
— Значит, если состояние лежит в подпространстве Гильбертова пространства
, — произносит Деви перед экраном, — образованном вырожденной собственной функцией, соответствующей a, то подпространство s a имеет размерность n a.
— Да, — отвечает корабль приятным женским голосом, прототипом которого, как говорят, стал голос матери Деви — Фрея его никогда не слышала, так как родители Деви умерли молодыми много лет назад. Но этот голос постоянно звучит в их квартире, даже когда Фрея становится всевидящей невидимкой.
— Потом с измерением b состояние системы будет лежать в пространстве a b, которое является подпространством s a и образовано собственной функцией, общей для a и b. Это подпространство будет иметь размерность n a b, что не больше, чем n a.
— Да. И последующее измерение c, обоюдно совместимое с a и b, оставляет состояние системы в пространстве s a b c, являющемся подпространством s a b и чья размерность не превышает размерность s a b. Подобным образом мы можем продолжить и измерить еще больше совместимых наблюдаемых объектов. И с каждым шагом собственное состояние будет попадать в подпространства все меньшей размерности, пока состояние системы не окажется в подпространстве n, равном одному, то есть образованном всего одной функцией. Так мы найдем наше предельно содержательное пространство.
Деви вздыхает.
— О, Полин, — произносит она после долгого молчания, — иногда мне так страшно.
— Страх является формой настороженности.
— Но он может и обернуться туманом. Сделать так, что я буду не в состоянии думать.
— Это плохо. Звучит так, будто слишком многое из того, что было хорошим, стало плохим.
— Да… Подожди, — вдруг говорит Деви, и после этого не слышно ничего, пока она не оказывается в коридоре прямо перед Фреей. — Ты почему не спишь?
— Я увидела, что свет горит.
— Ах да, прости. Заходи. Хочешь чего–нибудь выпить?
— Нет.
— А горячего шоколада?
— Хочу.
Шоколадный порошок бывает у них нечасто, это один из ограниченных продуктов.
— Что ты делаешь? — спрашивает Фрея.
— Да ничего. — Деви сжимает губы. — Пытаюсь заново изучить квантовую механику. Я знала ее в молодости или думала, что знала. Сейчас уже не уверена.
— Чего вдруг?
— Зачем пытаюсь?
— Да.
— Видишь ли, компьютер, управляющий кораблем, отчасти квантовый, а никто на корабле квантовую механику не понимает. Хотя это неправда — я уверена, кое–кто из наших математиков в ней разбирается. Но они не инженеры, поэтому, когда у нас возникают проблемы с кораблем, образуется пробел между тем, что мы знаем в теории, и тем, что мы можем сделать на практике. Я просто хочу понимать Арама, Делвина и остальных математиков, когда они об этом говорят. — Она качает головой. — Это тяжело. Но, надеюсь, ничего страшного. Только это заставляет меня нервничать.
— А ты не должна сейчас спать?
— А ты? Давай, пей свой шоколад. И не ворчи на меня.
— Но это ты на меня ворчишь.
— Я же твоя мама.
Они пьют молча, только причмокивают. Фрея ощущает тепло внутри, и ее клонит ко сну. Она надеется, что Деви почувствует то же самое. Но Деви лишь смотрит, как она опускает голову на стол, и возвращается к своему экрану.
— А почему компьютер квантовый? — спрашивает она жалобно. — Ведь классического компьютера с несколькими зетта–флопами, как мне кажется, было бы достаточно, чтобы сделать все, что понадобится.
— При определенных алгоритмах способность использовать суперпозицию позволяет квантовому компьютеру развивать гораздо бо́льшую скорость, — отвечает корабль. — Иногда разложение информации на элементарные операции, которое заняло бы у классического компьютера сотни миллиардов миллиардов лет, у квантового компьютера займет всего двадцать минут.
— Но разве нам нужно такое разложение?
— Оно требуется при навигации корабля.
Деви вздыхает.
— И как это все получилось?
— Что получилось?
— Как это произошло?
— Что произошло?
— Ты знаешь, как началось это путешествие?
— Все видео — и аудиозаписи, сделанные во время перелета, были сохранены и помещены в архив.
Деви фыркает.
— Так общего свода у
