Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
цитаты
. Они вообще обычно не задумывались, что бо́льшая часть того, что они говорили, уже когда–то звучала и даже, как в этом случае, находилась среди публичных записей. Словно число фраз, которые могли сказать люди, было ограничено, и все они уже произносились, поэтому теперь приходилось повторяться, пусть об этом мало кто помнил.
«Мы доверимся людям, нашим собратьям, — говорили возвращальщики. — Это риск, но даже такой риск лучше, чем верить в то, что законы физики и вероятности прогнутся под вас по вашей прихоти».
Так шли годы — две фракции, никак не приходя к миру, продолжали работать над обеими частями своего двойного плана. Более того — с течением времени они все сильнее отдалялись друг от друга. Однако было не похоже, чтобы какая–либо из сторон могла одолеть другую. Возможно, это было нашей заслугой, хотя могло также быть объяснено и тем, что люди просто разуверились в своих товарищах.
Дошло даже до того, что несколько человек с каждой из сторон желали оказать давление на других. Они все больше уставали друг от друга и с нетерпением ждали момента, когда их раскол наконец произойдет окончательно. Словно они были разведенными супругами, вынужденными жить вместе, ожидая, когда обретут свободу.
Неплохая аналогия.
Кораблю было неудобно слоняться по системе Тау Кита без нормального поступательного движения. Новые паромы строились на астероидных заводах, из астероидных металлов. Это были облегченные высокофункциональные суда, построенные для конкретных целей, снующие по системе — то на газовые гиганты, то на обгоревшие внутренние планеты.
Редкие почвы и полезные металлы добывались на планетах C и D, которые вращались медленно, как Меркурий, позволяя своим нагревшимся за день поверхностям остывать долгими ночами, — тогда–то минералы и можно было добывать. Молибден, литий, скандий, иттрий, лантан, церий и так далее.
Летучие вещества с газовых гигантов.
Фосфаты с вулканических лун.
Радиоактивные минералы из расплавленных недр нескольких вулканических лун класса Ио, вращающихся вокруг F, G, и H.
Это занимало годы, но с течением времени и увеличением числа судов процесс набирал обороты. Многие из оставальщиков приводили этот факт в качестве свидетельства того, что терраформирование Ириды будет проходить так же быстро и проблема зоодеволюции не успеет стать слишком серьезной. Когда есть экспоненциальное ускорение, это легче легкого, говорили они. Их технологии были сильны, а сами они походили на богов. Еще немного, и Ирида у них зацветет, а затем, пожалуй, и остальные луны G. Затем, может, даже вернутся на Аврору и как–нибудь разберутся с этой ее страшной проблемой — хазмоэндолитом, быстро развивающимся прионом или как там его назвать…
«Ладно, — говорили возвращальщики. — Мы за вас рады. Значит, вам не понадобится наша часть старого корабля, отремонтированная и почти готовая к отлету. У вас остаются все паромы, орбитальные и спускаемые аппараты, пусковые установки — все, о чем вы только могли подумать. И Кольцо А, переделанное, как вам удобно. И принтеры, которые печатают принтеры. В общем, пора прощаться. Потому что мы летим домой».
Время пришло. День 190066‑й.
К этому времени оставальщики проводили бо́льшую часть времени на Ириде, а когда поднимались обратно на орбиту, то ощущали себя неуверенно при 1 g (отрегулированной вверх с 0,83 g) — подпрыгивали при ходьбе. Они говорили, что 1,23 g, как на Ириде, им в самый раз. Позволяет чувствовать себя твердо стоящими на ногах.
В день отбытия звездолета большинство из них не стало подниматься — они и так уже попрощались и вступили в свою новую жизнь. Они теперь даже не были как следует знакомы с теми, кто собирался вернуться.
Но некоторые все–таки поднялись. Там у них были родные — те, с кем они виделись в последний раз. Они хотели навсегда с ними попрощаться.
Последнее собрание проходило на площади в Сан–Хосе — в месте, помнившем столько встреч, имевшем столько тяжелых воспоминаний.
Люди в толпе перемешались. Звучали речи. Все обнимались, плакали. Говорили, что больше никогда не увидятся. Будто каждая из групп умирала для другой.
Каждый раз, когда люди осознанно делают что–либо в последний раз, как заметил когда–то Сэмюэл Джонсон
, они чувствуют печаль. Вот и сейчас так случилось.
Фрея двигалась внутри толпы, пожимала руки, обнимала людей, кивала им. Слез у нее не было.
— Удачи вам, — говорила она. — И удачи нам.
Она
