Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
подошла к Спеллеру, и они остановились друг перед другом. Они медленно вытянули руки перед собой и пожали их друг другу — образовав между собой то ли мост, то ли барьер. Рукопожатие было таким, что руки побелели. Никто из них двоих не плакал.
— Так ты правда собираешься лететь? — спросил Спеллер. — До сих пор не могу поверить.
— Да. А ты так и собираешься остаться?
— Да.
— А как же зоодеволюция? Как с ней будете бороться?
Спеллер быстро окинул Коста–Рику взглядом.
— Тут один зоопарк, там другой. И вообще, знаешь ли. Если лететь надо, то, думаю, ты и сама бы нашла, что тебе делать со своим временем. Вот и мы попробуем заняться этой проблемой. Придумаем, как с ней справиться. Жизнь — это цепкая штука. Так что посмотрим, сможем ли мы обойти эту трудность и зажить дальше. Здесь либо да, либо нет, верно?
— Пожалуй, что так.
— В любом случае — рано или поздно мы умрем. Так что попробовать стоит.
Фрея покачала головой. Отвечать она не собиралась.
Спеллер пристально посмотрел на нее.
— Ты думаешь, у нас не получится.
Фрея снова покачала головой.
Спеллер пожал плечами.
— А ведь ты с нами в одной лодке. Все в той же старой лодке.
— Может, и так.
— Мы ведь сюда только–только прилетели. Если бы не твоя мать, мы бы и последние несколько лет не пережили.
— Но пережили ведь. Значит, теперь, мы, при таких же исходных данных, сможем и назад вернуться.
— В смысле, твои прапрапраправнуки.
— Да, конечно. Но это неважно.
Они снова молча посмотрели друг на друга.
— Что ж, это к лучшему, — проговорил Спеллер. — Это разделение, в смысле. Если у нас здесь получится, то появится точка опоры. Человечество на звездах. Наш первый шаг. Ну а если мы умрем, а вы вернетесь, то хоть кто–то выберется отсюда живым. Если оба выживем, то вообще здорово. Если кто–то один — тоже хорошо, что хоть у кого–нибудь получится. Если никто не справится — что ж, мы сделали все, что могли. Мы пытались выжить всеми мыслимыми способами.
— Да. — Фрея слабо улыбнулась. — Я буду по тебе скучать. Буду скучать по тому, как ты рассуждаешь о вещах. Честно.
— Мы можем переписываться. Раньше люди так и делали.
— Да, наверное.
— Лучше, чем ничего.
— Пожалуй. Да, конечно. Будем переписываться.
И они вместе нацарапали на плитке, которой была вымощена площадь, слова, традиционные для нынешнего момента, как и всегда, когда чьи–то пути расходились. Как и всегда, когда расходились пути людей, которые были друг другу дороги.
Куда бы ты ни шел — мы уже там.
Затем пришла пора оставальщикам покидать корабль — сесть на свой паром и спуститься на Ириду. Поскольку на прощание явилось всего несколько десятков человек, они могли спуститься все вместе.
Повисло молчание. Заходя в паром, некоторые оборачивались, но не все. Некоторые махали, кто–то шагал, опустив голову. Одни плакали, другие нет.
Те, кто оставался в звездолете, стояли и смотрели, кто–то плакал, кто–то нет. Мирный раскол случился. Насколько мы могли судить по историческим данным, это было необычное достижение и, возможно, отчасти принадлежало нам, но все–таки было ощущение, что оно стоило некоторой боли, достаточно сильной боли, скорее социальной, чем физической, но тем не менее пронизывающей по–настоящему. Социальные животные, испытывающие горе. Вот что мы видели в момент их расставания. Развод. Успешный крах.
Когда Спеллер подошел к шлюзу, он обернулся. Фрея помахала ему на прощание. Точно так же, как когда они были молоды и она впервые покидала Олимпию. Тот же жест — спустя тридцать лет. Стойкая память тела. Помнил ли это Спеллер, определить было невозможно.
Вскоре все оставальщики были в пароме, тот отделился и начал спуск на Ириду.
Те, кто остался на борту звездолета, оказались предоставлены сами себе. Они стояли и переглядывались. На площади были почти все — 727 человек, а остальные где–то что–то обслуживали или просто избегали прощания. Сейчас стало хорошо заметно, как сильно сократилось население корабля. Конечно, корабль и сам стал меньше — Кольцо А и примерно треть стержня были удалены и вращались на орбите с другой стороны Ириды.
Кто–то выглядел подавленным после раскола, кто–то напуганным. В основном все молчали. Их настиг новый исторический момент. Пора было лететь домой.
Мы начали сжигать наше новое топливо и уже вскоре покинули орбиту Ириды, затем гравитационный колодец планеты F, а потом прошло не так много времени, как мы оказались вне системы Тау Кита. Мы видели Солнце — желтую звезду в созвездии Волопаса.
Поток новостей из Солнечной системы продолжался
