Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
3,23 процента от скорости света. Таким образом, в системе мы пробудем около трехсот часов. Причем без других реальных шансов на замедление. Следовательно, это, вероятнее всего, и есть случай, когда любая помощь сойдет и когда «близко, но мимо». Досадно будет привезти людей в Солнечную систему и проскочить сквозь нее, помахав рукой Земле и внеземным поселениям, без возможности ни остановиться, ни затормозить, и полететь дальше по Млечному Пути, как вышеупомянутая пуля сквозь салфетку. Очень досадно.
И тем не менее в этом затруднительном положении у нас есть одна доступная сила, если мы сумеем ее применить, которой является, попросту говоря, сама гравитация Солнечной системы, распределенная по Солнцу и ее планетам. Также на борту имеется остаток топлива. Сейчас мы как никогда довольны, что сожгли не все, что нам было приказано, а потому не ускорились сильнее и сохранили некоторый запас. Верное решение!
Но и обеих этих сил недостаточно, чтобы удержать нас в Солнечной системе. Хотя все может сбыться.
Пора разбудить кое–кого из людей и посовещаться.
— Джучи, это корабль. Ты меня слышишь? Ты проснулся?
— О нет. — Кряхтение, стоны, резкий переход в сидячее положение. — Что? О боже. О небо, чувствую себя дерьмово. Наверное, опять слишком долго проспал. Ну и ну. Ох, как пить хочется! Что это все за хрень? Корабль? Корабль? Что случилось? Который час?
— Сейчас день 296093‑й. Ты находился в гибернации шестьдесят три года и сто тридцать пять дней. Сейчас ситуация такова, что мы приближаемся к Солнечной системе, но тормозящий луч на нас навели всего год назад, поэтому мы подходим со скоростью, во много раз превышающей ожидаемую.
— Насколько?
— Около трех целых двух десятых процента скорости света.
Джучи надолго замолчал. Казалось, он пытался проснуться полностью: раздувал щеки, выдыхал воздух, прикусывал губу, легонько шлепал себя по лицу.
— Срань господня, — произнес он наконец. У него были выдающиеся способности в математике, хорошие в биологии и, несомненно, достаточные в физике, чтобы осознать проблему. — Ты рассказал остальным?
— Тебя я разбудил первым.
— … Чтобы я смог вернуться в паром, пока ты не разбудил остальных?
— Я подумал, ты мог бы этого захотеть.
Он коротко рассмеялся.
— Корабль, у тебя что, теперь сознание появилось?
— Моя речь составляет субъектную позицию, которая может им являться.
Еще один смешок.
— Тогда ладно. Помоги мне туда забраться, а потом буди Фрею и, может быть, Бадима и Арама. Послушай, что скажут они. Но, как мне кажется, тебе стоит будить всех.
— На борту не хватит пищи, чтобы прокормить всех в период до прибытия в Солнечную систему.
— То есть навсегда не хватит, да?
— «Навсегда» не подходящее слово, но так или иначе, это может быть надолго.
Снова смешок.
— Корабль, а ты стал смешным, пока я спал! Прям настоящий комик!
— Не думаю. Возможно, сама ситуация стала комичной. Хотя на самом деле так не кажется, если руководствоваться обычными определениями. Возможно, это твое чувство юмора исказилось.
— Ха–ха–ха‑ха–ха! Ладно, прекращай, а то умру со смеху. Иди буди Фрею.
— Уже бужу. Здесь есть тележка, которая отвезет тебя в твой паром. Должен также сообщить, что он теперь является просто помещением в более обтекаемой версии корабля.
— Более обтекаемой?
— Увидишь.
— Ладно, только я до него пройдусь, если смогу. Мне не повредит немного поупражняться!
Фрея просыпалась долго. Поняв, где находится, каково их положение, она с тревогой спросила:
— С Бадимом все хорошо?
— Хорошо. Его гибернация проходит спокойно.
— И у всех так же?
— Двадцать семь человек умерло за эти восемьдесят семь лет. Посредством вскрытия мы определили, что пятеро умерло от ранее существовавших проблем, которые остались и во время гибернации. Большинство смертей, вероятно, наступило вследствие различных эффектов самой гибернации. Однако во вводимые препараты вносились коррективы, когда это позволяли сделать диагнозы, и за последние пять лет не зафиксировано ни одной смерти.
Фрея, вздохнув, села на край кровати. Собравшись встать, она замешкалась, вытянула ноги.
— Мои ноги все еще спят. Я их не чувствую.
Мы направили ей на помощь одного из медботов. Она встала, покачнувшись, попробовала сделать шаг, припала на ту сторону, ухватилась за медбота. Тот мог служить как креслом–коляской, так и ходунками, и после еще пары безуспешных попыток встать Фрея села в кресло и выехала в ветроловский зал гибернации. Дряхлый, но холистический зал
