Звездный ковчег

к Урану. К тому времени мы будем передвигаться существенно медленнее, что также хорошо, потому что вокруг Урана нам потребуется повернуть на сто четыре градуса, снова направо, как и каждый раз вокруг газовых гигантов, чтобы выполнить отрицательный гравитационный маневр. Затем к Нептуну, так же удачно расположенному для наших целей. Такое стечение обстоятельств в самом деле можно назвать чудом. Так вот, обернувшись вокруг Нептуна, нам нужно направиться обратно к Солнцу, и это будет уже настоящее испытание — ключевой момент первого этапа, если так можно выразиться, — потому что нам предстоит повернуть сразу на сто сорок четыре градуса. Не совсем буквой U, но скорее V. Если он пройдет успешно, то мы снова направимся навстречу Солнцу, но теперь прилично сбросив скорость, и, надеемся, сможем продолжать процесс дальше. Каждый последующий проход будет осуществляться так близко к гравитационному рычагу, насколько это возможно, чтобы отправить нас к следующей планете либо обратно к Солнцу. И все это с минимальными включениями двигателя, так как у нас нет большого количества топлива, и в какой–то момент этого процесса оно закончится совсем. Так мы будем кружить по системе, собирая одни гравитационные потери за другими, с каждым разом сбрасывая скорость, пока она не станет достаточно малой, чтобы пролететь мимо Земли, где вас можно будет спустить на пароме. Другими словами, замедляться до такой степени, чтобы войти на земную орбиту, нам не нужно. И это тоже хорошо, так как расчеты показывают, что на это нам все равно не хватило бы топлива. Но вы, когда отсоединитесь в своем пароме, то можете сбросить скорость, если включите двигатель и вас замедлит сама земная атмосфера. Паром гораздо меньше, чем корабль, поэтому, чтобы его замедлить, слишком большой тормозящей силы не требуется. Вы можете израсходовать на это последнее топливо, а если соорудить достаточно плотную абляционную плиту, то можно провести в земной атмосфере аэроторможение. И добавив несколько крупных парашютов, можно опуститься тем же способом, как раньше, когда еще не было космических лифтов, на Землю возвращались астронавты.
— Ладно, хватит! — воскликнула Фрея. — Переходи к делу! Сколько проходов? Сколько времени это займет?
— Тут, в общем, есть загвоздка. Если принять, что мы не проскочим мимо, что нам удастся более–менее существенно сбросить скорость при первом подходе к Солнцу и первых четырех подходах к планетам, чтобы затем снова нацелиться на Солнце, а также что мы в каждом случае будем захватывать максимальную U, то есть по сто процентов, особенно возле Солнца и Земли, по причинам, в которые сейчас мы не станем вдаваться, плюс иметь в виду, что будем включать двигатели в каждой периапсиде, чтобы максимально усилить торможение, держась при этом желаемой траектории, мы можем сократить скорость с тридцати миллионов километров в час до двухсот тысяч, и вход в атмосферу Земли станет возможен…
— Сколько времени?! Сколько! Времени!
Джучи уже не мог сдерживать смех.
— Понадобится около двадцати восьми проходов, плюс–минус десять. Существует так много переменных, что нам тяжело сосчитать точнее, но мы уверены в том…
— Сколько нужно времени?! — вскричала Фрея.
— Ну, поскольку мы будем все снижать скорость на протяжении всего времени, но для успешного выполнения задачи необходимо существенно замедлиться в этом первом подходе к Солнцу, и тогда мы будем гораздо медленнее, чем сейчас, в этом вся суть, конечно, но это значит и то, что добираться от одной планеты до другой будет дольше. И чем больше мы сбросим, тем медленнее будем летать. Это как раз тот случай, который Деви называла парадоксом Зенона, хотя это и неверно. И на протяжении всего этого времени всегда будет существовать необходимость в том, чтобы мы каждый раз получали предельно четкое направление к нашей точке назначения. То есть управление траекторией — это очень важный вопрос, настолько важный, что аэроторможение вокруг внешних газовых планет может быть чрезвычайно опасным…
— Хватит! Перестань и скажи, сколько это займет!
— Наконец, следует добавить, что последний отрезок траектории придется прокладывать на ходу, так как на протяжении пути, вероятно, будут возникать трудности. Кроме того, у нас нет четкой уверенности в том, что именно станет последним гравитационным колодцем, которым мы воспользуемся при финальном сближении с Землей. К тому времени мы будем лететь так медленно, что, возможно, только этот этап пути займет до двадцати процентов общего времени. Однако здесь возможны значительные расхождения, зависящие от того, откуда мы этот этап начнем, например, от Марса или Нептуна.
— Сколько! Времени!
— Согласно расчетам, около двенадцати