Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
Секунду думаю, не рассказать ли Доку о том, что мне стало известно про корабль. Если бы Старейшина знал, что мы остановились, он бы сказал Доку. Но я не Старейшина, и Дока другом назвать не могу. Промолчав, я сосредоточиваюсь на отчете.
ОТЧЕТ ОБ ОЦЕНКЕ СОСТОЯНИЯ ЗДОРОВЬЯ НА КОРАБЛЕ
Численность населения на момент последнего отчета: 2298
Текущая численность населения: 2296
Изменения численности населения: — 2
Джорди, скотовод: самоубийство
Эллемаи, смотритель теплиц: осложнения вследствие внешних повреждений
Заболевания и травмы:
+3 инфекции в результате предшествующих травм
+18 гастроэнтерит из–за неправильного приготовления пищи
+6 травмы на рабочем месте
+9 самоповреждения и насилие
+43 проблемы, связанные с алкоголем (отравления, травмы и т. д.)
+24 истощение
+63 переедание
Психологические проблемы
‑1 депрессия
+8 накопительство
+6 ипохондрия
+2 девиантное сексуальное поведение
Прочие:
+2 беременность
Я щелкаю по «смертям» и внимательно читаю имена, запоминая. Потому что очевидно: если бы я не запретил на корабле фидус, люди вроде Джорди и Эллемаи по–прежнему были бы живы. И хоть я могу утверждать, что короткая жизнь с чувствами лучше, чем длинная, но без них, мертвые свою точку зрения высказать уже не могут.
Размышляю над истощением и перееданием. Наверняка это частично связано с накопительством. Люди боятся, что им не хватит еды. Так что одни не едят, а откладывают про запас, а другие, наоборот, набивают животы, пока припасы не кончились.
Против воли вспоминаю о предупреждении Барти. Путь к революции лежит через желудки людей.
Добравшись до конца отчета, спрашиваю:
— Две новые беременности?
Док берет пленку и просматривает данные, хоть, наверное, и так знает, что там.
— А, да, — говорит он. — Живут в Больнице и решили не принимать участия в Сезоне. Однако после его окончания все же решились размножаться.
— Док, — начинаю я, и голос звенит от любопытства. — Если мы хотим увеличить численность населения, Сезон не кажется мне особенно эффективным методом, а?
Он выключает пленку и кладет на стол, поправляя угол, чтобы он оказался перпендикулярен углу стола.
— Я… э–э–э… о чем ты говоришь?
Я наклоняюсь вперед на краешке стула.
— Раньше я считал, что Сезон — это естественно, потому что животные спариваются в определенное время. Но теперь очевидно, что Сезон — искусственная мера. И если его контролировали вы со Старейшиной и если мы все еще пытаемся восстановить численность после так называемой Чумы… ну, в Сезоне нет смысла, разве не так? Одно спаривание за поколение? Это скорее уменьшит численность, чем восстановит…
Я умолкаю, но Док отвечает не сразу. Чем дальше, тем яснее я понимаю, что прав. Увеличить популяцию с помощью Сезона — идиотски безнадежная идея.
— Ну, в некоторые поколения у нас было по два Сезона, — оправдывается Док. — И мы следили за тем, чтобы у некоторых женщин рождалось по нескольку детей.
Мгновение мы просто смотрим друг на друга.
— Несколько поколений назад, — наконец начинает Док, и голос его звучит глухо, будто он признается в преступлении, — было решено снизить прирост населения. У нас и так не хватает продуктов питания.
— И каков план, если не будет хватать еды? — спрашиваю я.
Док тихо смотрит на меня, и я вижу, он оценивает, стоит сказать мне правду или нет. От корабельщиков я могу требовать правды и буду уверен, что они скажут. С Доком приходится ждать и надеяться. Док был за использование фидуса, но и Ориона он поддерживал — в конце концов, когда Старейшина приказал убить его, Док ослушался приказа. Думаю, он еще не решил, достоин ли я занять место Старейшины и Ориона.
Но, судя по всему, правду мне доверить можно. По крайней мере, на этот раз.
— По приказу Старейшины, — говорит он наконец, — у нас имеется запас из трех тысяч черных медпластырей.
— Черных? — удивляюсь я. Никогда еще не видел черных пластырей.
Док коротко кивает.
— В том случае если корабль перестанет справляться с поддержанием жизни, черные пластыри будут распределены среди обитателей корабля.
Теперь я понимаю, зачем они нужны. Черные медпластыри — это быстрая смерть вместо медленной.
Ставлю последнюю картину Харли на кровать и отступаю назад. Его смеющиеся глаза оказались прямо на уровне моих, но эффекта Моны Лизы нет — мне не кажется, будто он смотрит на меня.
— Так, — вслух говорю я нарисованному
