Корабль поколений. Звёздный ковчег. Недостижимая мечта — или вполне реальный вариант «запасного человечества», который возможно реализовать с помощью науки? Об этом рассказывают научно-фантастические романы, повести и рассказы настоящего сборника, посвящённые этой теме.
Авторы: Гаррисон Гарри, Роберт Шекли, Саймак Клиффорд Дональд, Сильверберг Роберт, Хайнлайн Роберт Энсон, Блиш Джеймс Бенджамин, Эллисон Харлан, Бир Грег, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Марышев Владимир Михайлович, Руденко Борис Антонович, Демют Мишель Жан-Мишель Ферре, Павел Вежинов, Сэмюэль Дилэни, Селлингс Артур, Вэлаэртс Рик, Советов Николай Михайлович, Золотько Ал
И в первый раз за целую вечность улыбка добирается до ее глаз.
Первым делом мы идем в питомник, хотя мне совершенно ясно: Эми считает, что ответы спрятаны в Регистратеке. С самого моего выступления мы не сказали ни слова, но примерно между полями с соей и арахисом молчание становится каким–то легким и дружелюбным. Не неловким, не странным — мы просто идем рядышком по тропинке.
Прямо перед поворотом на кроличье поле тропа сужается, мы оба одновременно шагаем к центру. Я случайно касаюсь ладонью ее руки, но тут же отдергиваю и на всякий случай опускаю руку в карман, чтобы быть уверенным, что это не повторится. Бросаю взгляд на Эми, проверяя, заметила ли она, и в тот же самый момент она поднимает глаза. Она улыбается, и я улыбаюсь тоже, она толкает меня плечом, я толкаю в ответ, и мы беззвучно смеемся.
А потом вдруг дорогу нам перебегает кролик.
— Странно, — говорю я. — Как это он умудрился сбежать?
— Забор сорвали. — Эми показывает рукой туда, где хлипкая проволочная сетка оторвана от столба и смята, так что сквозь дыру может спокойно пройти человек.
— Как ты думаешь, что–то случилось? — шепчет она.
Я не отвечаю. Нет нужды. Тело, лежащее посреди поля, и так достаточно красноречиво.
На кроличьем поле я впервые почувствовала ужас. Не страх, нет — страхов я и раньше в жизни натерпелась и на корабле, и на Земле. Но ужаса я не знала до того момента, как посмотрела в глаза девушке с фермы и поняла, что внутри у нее пустота.
Вот и сейчас, когда Старший переворачивает тело лицом вверх, я снова вижу в глазах этой девушки пустоту.
Падаю на колени рядом с ней. Старший подносит руку к шее — сообщает Доку и полицейским. Но уже поздно. Слишком поздно.
Внутри закипает отвращение, но разум все же отстраненно регистрирует подробности. Руки девушки широко раскинуты, на запястьях — темно–фиолетовые синяки. На шее — следы пальцев. Юбка задрана. Широко распахнутые глаза немигающе уставились в металлическое небо. У босой ноги копошится крупный кролик. Ноги испачканы в траве и земле, будто она бежала и падала. Я бережно натягиваю подол юбки на колени, расправляя так, что она почти скрывает грязь, а потом опускаю девушке веки.
— Кто мог такое сделать? — спрашивает Старший.
«Мы можем делать что хотим», — сказал тогда Лютор.
Открываю рот, но слова застревают в горле. Пытаюсь вытолкнуть их силой, но в итоге издаю лишь почти беззвучный испуганный писк.
— Что случилось? — слышится голос бегущего по полю Дока. Кит, его помощница, следует за ним.
Док принимается осматривать тело. Я ему мешаю, конечно, но у меня нет сил подняться — в конце концов Кит берет меня за локоть и поднимает с земли. Отведя в сторону, поворачивает лицом к стене, прочь от зрелища смерти.
— Вот, — говорит она, протягивая мне что–то. Маленький зеленый пластырь.
— Нет, — на автомате отвечаю я. Лекарствам на этом корабле я не доверяю.
— Это поможет успокоиться, — не отступает Кит.
— Нет.
Снова поворачиваюсь к телу. Старший с Доком оба сидят на коленях рядом с девушкой и взволнованно переговариваются. Спорят.
— Старший! — звучит с дальнего края поля. К нам бежит корабельщица — высокая, стройная, с безукоризненной прической. Старший встает.
— Марай, спасибо, что пришла.
— Ты приказал, — просто говорит она.
Все трое стоят над телом, не обращая на меня никакого внимания. Старший с Доком обсуждают вскрытие, а Марай быстро набирает что–то на пленке, пальцы так и порхают. По команде Дока Кит убегает готовить палату для процедуры. Вскоре приходят еще люди — все как один в жестких темных костюмах, какие носят главные корабельщики. Они говорят с Марай и Старшим, а потом отправляются выполнять поручения — один ловит сбежавших кроликов, другой чинит изгородь. Третий привозит электрическую тележку и грузит на нее тело убитой.
Все это время я стою в уголке и никак не могу отвести взгляд от лица девушки, от ее закрытых глаз. Мне вспоминается то, как она плакала и не могла понять почему.
Движения Старшего полны деловитой стремительности. Он моложе всех на корабле, даже я почти на год старше него, но стоит ему отдать приказ, и люди бегут выполнять. Хоть я никогда не сомневалась, что из Старшего выйдет идеальный командир «Годспида», мне еще не приходилось смотреть, как он руководит. По крайней мере, не в такой напряженной ситуации. И хотя это лишь доказывает, что он способен командовать кораблем, как я всегда и считала, но в то же время заставляет меня чувствовать себя еще более одинокой. Я не знаю его. Или, если точнее, я знаю только одну его сторону.
