Звездный лорд. Том 2

Пользуясь тем, что Физик молчал как рыба об лед, довольная раскладом Юля, запустила свои длинные пальчики под ремень его брюк и притянула ближе. Теперь она отчетливо чувствовала, что профессору нравится то, как проходит зачет.
— Сергей Николаевич, — ее голос был вкрадчивым, от чего мурашки поползли по его спине и плечам, — я плохо знаю физику. Вот если бы вы провели индивидуальный урок и научили меня премудростям этой точной науки.
Ее пальчики уверенно расстегивали пуговицы его пиджака. К тому моменту, когда самообладание начало медленно возвращаться к профессору, Юля уже расстегнула ремень и ширинку на его брюках и запустила руку в образовавшуюся щель. Она нащупала нехилый инструмент профессора, который был совсем не против ее вторжения.
— И что же вы хотите узнать Смирнова? — млея в опытных руках Юли, выдохнул Сергей Николаевич.
— Ну, как там в билете: физика волновых процессов.
Ладонь Юли медленно скользила по его члену. Она спустила ниже его брюки, освободив страдальца, который пользуясь свободой и ласками жаждущей сдать экзамен студентки, гордо возвышался из темных курчавых волос на лобке.
— У меня получается, профессор? — Юля подняла на него томный взгляд.
— Знаете, как в народе говорят, Смирнова: не смажешь, не поедешь. У вас же есть чем смазать? — еле сдерживая стон, спросил Сергей Николаевич и потянул студентку за запястье на пол.
Уже почти сдавшая физику Юля, послушно поддалась и, медленно опустившись на колени, провела языком по уверенно торчащему члену преподавателя.
— У меня получается, Сергей Николаевич? — снова спросила она, с надеждой глядя ему в глаза.
— Много болтаешь, Смирнова, поэтому и физику не знаешь. Физика это предмет требующий глубокого изучения.
Юля приняла команду к действию и провела влажным языком по бордовой от возбуждения головке, а затем обхватила ее губами и, причмокнув, втянула в рот.
Практики у Юли было много, так что член профессора у нее во рту получал незабываемое удовольствие, особенно учитывая то, что супруга Сергея Николаевича редко баловала его подобными изысками.
Профессор постанывал, опершись пятой точкой о парту и расставив ноги, насколько это позволяли съехавшие до щиколоток штаны.
Ее острый язычок снова прошелся по стволу, пощекотал дырочку уретры и пухлые губы снова с силой всосали его член. Серей Николаевич потерялся в ощущениях и жадно наблюдал, как темный блестящий от слюны член скользит у нее во рту и пропадает почти полностью в ее натруженном горле. Он подходил к процессу с полной отдачей. То двигаясь медленно, вынимая член и заставляя ее вылизывать и посасывать его поджавшиеся от возбуждения яйца, то снова направлял член ей в рот и заставлял взять так глубоко, чтобы темные волоски на его лобке соприкасались с ее растянутыми красными губами. Он видел, как тоненькая струйка слюны стекает по ее подбородку и капает в ложбинку между пышными грудями.
Сергей Николаевич, уже совершенно потерявший голову, резко потянул Юлю наверх и, усадив обратно на парту, рванул на ней рубашку, открывая взору ее черный кружевной лифчик, через тонкую ткань которого просвечивали бордовые соски. Не снимая лифчика, он вытащил руками ее мягкую белую грудь и сжал в ладонях. Он зажал твердые темно-коричневые соски между большим и указательным пальцами и покрутил, как ручку радиоприемника.
— Нравится, — вмешалась в процесс Юля.
Сергей Николаевич посмотрел в ее довольное лицо и строго сказал:
— А ты Смирнова не сиди без дела, физика наука сложная, не любит пустоты.
И Юля, с лица которой тут же сошла довольная улыбка, принялась надрачивать его член.
Профессорская жена Надя, таким богатством не обладала. Ее грудь была похожа на два бледных прыщика на абсолютно плоской груди. Он продолжал мять студентке сиськи и крутить соски, время от времени переводя взгляд на натруженные руки Юли работающие над его раскрасневшимся уверенно стоящим членом.
— Про смазать не забывай, — назидательно проговорил он, наблюдая как Юля с уже меньшей готовностью снова опускается на колени.
Он взял член в руку и направил его в податливый рот студентки.
— Открой ротик, — мягко проговорил он.
Юля послушно открыла рот, в который незамедлительно проник его член. Он больно уперся ей в глотку, выдавливая из глаз слезы.
— Не закрывай, — строго напомнил он и, вытащив член, снова глубоко вогнал в горло Юли.
Уже не только слюни, но и слезы текли по натужно раскрасневшемуся лицу ученицы, а преподаватель продолжал вгонять член по самые яйца. Рвотного позыва уже не было, а горло привыкло к нагрузке и легко принимало не малый размер преподавательского члена полностью.
Юля была