За его плечами — горечь потерь. В его душе — жажда отмщения, а в сердце — мечта стать лучшим из лучших. Судьба всего человечества висит на волоске, и чаша весов уже склонилась на сторону врага. Когда-то цветущие, наполненные жизнью земные колонии лежат в руинах. Миллионы? Миллиарды? Сколько же еще жертв нужно положить на алтарь Победы? Здесь не осталось места для любви и радости. Пилоты последнего звездного флота готовятся к сражениям, которых еще не видела Галактика. Им страх неведом, и в модифицированном сознании воинов не осталось сомнений. Так пусть же им повезет!
Авторы: Градинар Дмитрий Степанович
вы не переживайте, за облицовку расплатились, не буянили… Откуда прилетели? По загару вижу, что не на Земле службу несете.
— Откуда у нас загар? — изумился Джокт.
— Вот я и говорю, что по загару…
— Мы с «Австралии». Каппа Струны. Крепостной истребительный флот, — зачем-то расписал подробности Барон. — Вы нас извините, конечно, но только у нас, во Внеземелье, о такой роскоши и мечтать не приходится. Еще награды получили, вот и дорвались.
— Ладно, не извиняйтесь. — Горничная больше не упоминала про чаевые. — Хотите, кофе принесу?
— Нет-нет. Скажите, этот высокий с седой бородой… Он здесь, в гостинице?
— Пока здесь. Сидит в зале с кем-то еще, чай пьет. Я же говорила — что-то пропало у него.
— Спасибо!
Когда дверь за горничной закрылась, Барон стал разглаживать складки на форменке.
— Надо сразу расставить все точки! Идемте вниз к командиру!
— Стыдно, — признался Гаваец, — лучше дернем в город. Должен же здесь быть другой выход, не через ресторанный зал?
— Стыдно не стыдно, есть выход — нет его, а нужно идти. Лучше сразу выслушать все, что о нас подумали, чем потом… При посторонних он сильный разнос чинить не будет. Давайте, давайте!
— Гаваец! Только ты это… — Джокт едва сдерживал смех, чтобы не обидеть друга, но поделать с собой ничего не мог, очень уж комичной представлялась картина крушения Гавайца. — Губу подверни, она у тебя вся лиловая.
— Сейчас…
И пилоты спустились в ресторанный зал.
Здесь, как и ожидал Барон, разнос оказался несильным. Вернее, как такового разноса вообще не было.
— Так. Все в сборе. Кто бы меня теперь медалью порадовал — за помощь в бою… Кидало вас знатно, как при гравитационном обстреле.
— Мы… случайно, — протянул Гаваец.
— А деревянную панель со стены кто смахнул?
— Я нечаянно.
— Случайно — нечаянно. Кофе будете? Или подобное к подобному просится?
— Нет-нет! Только не это! — Гаваец замахал руками, отчего у него сразу же разболелась губа.
— Как хотите. В Крепость отбываем завтра. Так что до следующего утра вольны делать, что пожелаете. Может, и к лучшему, что вчера перебрали и с вас довольно. Не буду весь день переживать. Так что встречаемся на Лунном причале в восемь ноль-ноль, у девятьсот девяносто девятой секции. Легко запомнить. Вляпаетесь в какую-нибудь историю — месяц без увольнений. Даже послебоевых.
— Принято, ком!
— Тогда я вас не задерживаю больше. Идите.
Они ушли, радуясь в душе, что все так легко обошлось. И снова встал вопрос — а собственно, куда им идти?
Джокт, который не так давно мучился подобным вопросом, вспомнил о Храме Единения Веры. Гаваец принялся всех уговаривать отправиться с ним на Оаху.
— Да вы себе представить не можете, что это такое!
— Ага, зато ясно представляется некролог про пилотов, что избежали гибели в жестоких схватках, и нашли глупую смерть, приложившись головой о камни. У вас там есть камни на дне?
— Давно уже нет! Песочек, волны, солнце!
А Барон отчего-то помрачнел.
— Ты что? Не хочешь в Храм или на Гавайи? Давай, другое место выберем.
— Не в этом дело. Я вообще предпочел бы сразу стартовать к Крепости. Или остаться в гостинице. Второе невозможно, потому что выглядит по-идиотски. Первое — по той же причине… Может, вы вдвоем прогуляетесь? А я схожу в видеозал, закажу программу до завтрашнего утра… Вам со мной будет скучно.
— Что за блажь?
— Не блажь. Нельзя мне разгуливать так просто. Глобальный информаторий, слыхали? Засекут соглядатаи семьи и возьмут меня тепленьким, прямо посреди улицы. Знаете, как это делается? Спускается скутер, открывается дверца, и через секунду скутер улетает. А человека нет. Вот и конец моей карьере пилота, а Старик — далеко. Потом все по плану — привет, психушка!
— Ты серьезно?
— Вполне. И вам рядом со мной тоже необязательно находиться. К тому же мне кое-кого повидать нужно… На всякий случай попрошу вас следить за сигналом моего идентификатора.
— Как? Он же у тебя отключен?
— Как увидите, что включился, можете попытаться мне помочь. Вам не впервой. — И Барон указал на медаль, украшающую грудь Джокта.
— Ладно, отговаривать не будем, тебе виднее. Ты, кстати, тоже можешь посмотреть — где мы и что мы. Если все нормально — давай сразу к нам. — Гаваец сразу согласился с Бароном. — Тем более, нам необязательно расставаться до утра. Видео так видео, но вечером, часов в десять, включи на минуту идентификатор. Не окажемся слишком занятыми — приедем.
— Договорились! Джокт, не смотри на меня так… Помнишь, когда нам предложили выбирать — кто полетит на Землю для тестирования? Я отказался. Теперь ты знаешь настоящую причину отказа.
