За его плечами — горечь потерь. В его душе — жажда отмщения, а в сердце — мечта стать лучшим из лучших. Судьба всего человечества висит на волоске, и чаша весов уже склонилась на сторону врага. Когда-то цветущие, наполненные жизнью земные колонии лежат в руинах. Миллионы? Миллиарды? Сколько же еще жертв нужно положить на алтарь Победы? Здесь не осталось места для любви и радости. Пилоты последнего звездного флота готовятся к сражениям, которых еще не видела Галактика. Им страх неведом, и в модифицированном сознании воинов не осталось сомнений. Так пусть же им повезет!
Авторы: Градинар Дмитрий Степанович
усыпляя их бдительность, убеждая совершить роковую ошибку, поверив в реальность переговоров. Хотя это еще не факт, просто одна из вероятностей, потому что Крепости пока не находятся в безвыходном положении, как это произошло с группой кораблей, прорвавшихся к планете.
– К Желтой! – Тут же вспомнилось название, которым окрестил планету Балу.
Небольшое рысканье показало, что истребитель достиг верхних слоев атмосферы и скоро – звезды. Там и станет понятно, что их ожидает – еще один шанс или справедливое, с точки зрения врага, мщение.
Их не тронули. Отряды штурмовиков КС черными ручейками стекались на площадь, где ожидал посадочный бот, который должен был доставить пехотинцев на линкор.
Технику пришлось бросить: инженерную станцию, на которой технари успели демонтировать наиболее важные агрегаты управления гравитацией, а также транспорт, уже подготовленный (впрочем, как и станция) к уничтожению. Остались и «Шарки», застывшие, с обездвиженными прицельными механизмами. Они стояли, высоко задрав башенные орудия, будто посылая прощальный салют.
А по краям площади тонко выли маневровыми движками «Трепанги». Много, очень много «Трепангов». Штурмовики двигались молча. Безрадостное, тревожное ощущение посадки в беззащитный бот, под прицелами вражеских боевых машин, и прошедшие волнующие минуты штурма, когда десант топтал чужие улицы, чужую землю, – все это штурмовики забирали с собой.
Еще появилась вражеская пехота. Штурмовики Бессмертных. Гвардия. Ню-кевларовое покрытие отсвечивало золотом. С такими пехоте КС еще не доводилось встречаться. И был взлет. Медленный, осторожный, как шаги оказавшегося в центре змеиной поляны.
– Неужели не долбанут? – Еще не веря в счастливое избавление, пилот бота облизнул враз пересохшие губы.
Было отчего. Совсем рядом громоздились руины зданий, разрушенных тягой линкора. Вдали, доставая до неба, клубился черный, как сажа, дым. Где-то легла на поверхность уродливая надпись: «Пламенный привет». Неужели – пропустят?
Но их пропустили.
А потом линкор «Август» занял место в общем строю на орбите, и «Витраж» пришвартовался к «Июню», флагману группы, потому что командор Бранч затребовал Джокта к себе. Рядом, зловеще переливаясь зелеными огнями, выстраивались в сложную фигуру вражеские крейсеры, обозначив условный коридор, стянув, словно обручами, пространство внутри коридора, предназначенное для перелета кораблей Солнечной. Приблизились и линкоры. Грациозно и плавно они отрабатывали движками, цепочкой раскидываясь вдоль коридора. И «Кнопки». Они юлили в невероятной близости от кораблей Солнечной, будто стараясь заглянуть в иллюминаторы. Демонстрировали превосходство флота Бессмертных, а может быть, и провоцировали. Из земной группы не шелохнулся ни один звездолет. Все понимали – теперь это бессмысленно.
Никаких вражеских кораблей неизвестного типа, никаких изменений в метрике пространства, никакой работы для отслеживающей аппаратуры. Просто – в конце коридора вдруг открылась приливная точка и первым прошел сквозь строй «Кросроудов» один из «Моравов».
– Мы у Капы, ком, – бесцветно доложился по связи-мгновенке капитан крейсера.
Доложился, естественно, кодом. После этого один из «Кросроудов», самый ближний к земной группе, сыпанул вокруг себя плазмой. Никто ни о чем не договаривался подробно, но и так было понятно. Раз стрельба не на поражение, значит, это сигнал следующему кораблю.
Вторым прыгнул в Прилив «Август», унося с собой штурмовиков и терабайты информации, которые удалось собрать во время облета планеты и на ее поверхности. Стратегической ценности эта информация не представляла. Просто параметры излучения светила, общая фотометрия всего сектора, подробная фотометрия поверхности планеты и запись возможностей камуфлирующих установок врага. Ну может быть, где-то среди миллионов и миллионов отслеженных параметров крылась надежда, что загадка, все загадки будут разгаданы! И наконец флот Солнечной сможет вернуться, проложив сюда другую дорогу.
Потом ушли оставшиеся инженерные станции. За них почему-то переживали больше всего. Вдруг Бессмертным захочется получить один из новейших кораблей Солнечной? На всякий случай все три станции были подготовлены к немедленному уничтожению. Но обошлось.
«Моравы», мониторы, тяжелые крейсеры, истребители… Последним к приливной точке двинулся флагман «Июнь».
Джокт, находившийся к тому времени на капитанском мостике линкора, успевший уже нахвататься пронзительно-недоверяющих
