Такое солдату срочной службы, артиллеристскому разведчику Сашке Заречневу не могло присниться даже в самом кошмарном сне. С трудом придя в себя после нестерпимой головной боли, землянин с содроганием понимает, что находится на другой планете, в чуждом мире.
Авторы: Баталов Сергей Александрович
все, кроме Ар’рахха и Заречнева.
Продавцов было немного – всего несколько дюжин, еще меньше – покупателей. В яркой роскошной одежде, под бдительной многочисленной охраной добротно одетых и хорошо вооруженных воинов все они стояли обособленно друг от друга, отдельно от остальной толпы и многочисленной челяди, сопровождавшей их. Эти драки, несомненно, были не только самыми богатыми представителями этого города. Они были его элитой – теми, кто вершит судьбами многих сотен и тысяч жителей города Храма Воли Богов. Это стало понятно, едва они последними, спокойно, немного величаво вступили в свой сектор площади. От Ар’рахха не укрылось, как заметно напряглись работорговцы, занервничали будущие гладиаторы. Судя по взглядам, их встревожил высокий белый драк, возглавлявший процессию. Его одежда заметно контрастировала с пышным убранством городских богатеев. Одет он был небогато и просто. Однако его голову охватывала массивная диадема тонкой работы с тремя блестящими, симметрично расположенными по центру головы, наверняка золотыми кружочками, символизирующими Отца Богов, его детей – дочь Сау и сына Ран.
– Верховный жрец! Верховный жрец! – удивленно прошелестело по рядам. Молодой следопыт догадался, что появление на аукционе гладиаторов Понтифика – событие исключительное, и участникам торгов ничего доброго оно не обещает.
В эту минуту из-за гор выглянула макушка Отца Богов, взревели трубы, и торг начался.
Первым свой «товар» представлял приземистый светло-коричневый торговец в неброской, но аккуратно сшитой кожаной темно-коричневой одежде – коротких брюках, почти шортах и… жилетки, очень похожей на ту, которую носил Саш’ша. Он молча положил руку на плечо невысокого, но широкоплечего, могучего телосложения драка. Тот шагнул на ступени и спустя мгновение легко взлетел на помост. Он, очевидно, исполнял кем-то давно заведенный ритуал. Неторопливо пробежался от центра во все три стороны помоста, охотно демонстрируя свою мускулатуру, легкость и отточенность движений. Наконец, он остановился в центре, вопросительно глядя – уже не на своего хозяина – на Верховного Жреца. Именно Понтифик сейчас определял – вот только что именно, какого решения ждали от него все присутствующие – это ни Ар’рахху, ни Сашке – пока понятно не было. А К’нарр, словно специально куда-то запропастился и спросить, что означают эти странные побегушки по кромке помоста, было не у кого – раб не может разговаривать ни с кем, кроме своего хозяина.
Однако Верховный Жрец никак не отреагировал на немой вопрос раба. Он вообще не смотрел на помост; в пол-оборота повернулся к Храму Воли Богов, на вершине которого произошло какие-то движение, похоже, давно запланированное действие, суть которого ни Ар’рахх, ни землянин, естественно, не понимали.
А на помосте тем временем начался аукцион. Продолжался он, впрочем, недолго и Первый гладиатор был продан за сорок восемь слитков серебра. Продавец принародно получил свои деньги, широкоплечий драк спрыгнул с помоста и стал рядом со своим новым хозяином.
Народ на площади зашумел, требуя скорейшего продолжения аукциона. Судя по нетерпению толпы, явно назревало что-то интересное. Однако и второй гладиатор этого же работорговца без приключений пробежался по деревянному настилу, получив равную с первым рабом цену – сорок восемь монет серебра…
Вновь ничего не произошло. Но чувствовалось, что напряжение в толпе ощутимо возросло и вот-вот готово было лопнуть, как кожа на брюхе дохлого Ар’рда, трое суток пролежавшего под знойным взглядом Отца Богов.
Третий, последний «лот» первого продавца гладиаторов шел на помост, как на казнь – обреченно, и вместе с тем спокойно, сдержанно, с нескрываемым чувством собственного достоинства. Был он высок, но худощав. В его теле не угадывалось ни мощи первого гладиатора, ни быстроты и ловкости второго. Он вышел, неуверенно оглядел толпу, как будто спрашивая: бежать ему или нет? Хозяин раба что-то крикнул ему, и тот побежал…
Маршрут у всех гладиаторов на помосте был один и тот же. Сначала – по короткой «ножке» помоста, отделяющей работорговцев и рабовладельцев. Потом – по высокой деревянной тропе между «элитными секторами» и народом. Заканчивалась пробежка там же, где и начиналась, – в центре. Если…
Если на краю Т-образного эшафота будущего гладиатора никто не ждал. Этого раба ждали. Крепкий горожанин практически без одежды, но с оружием – широким коротким мечом наподобие тех, которыми вооружаются пираты во время абордажей или носят на поясе молодые негоцианты, не умеющие еще толком владеть личным оружием, но в расчете на быструю прибыль уже отправляющиеся в свою первую, как правило, недалекую поездку.
