Звезды смерти. Космический боевик

А почему тогда на этой планете у черта на рогах и какими-то левыми наемниками? Любой более-менее известный наемный отряд с удовольствием возьмется провести такие испытания, заодно и рекламу сделает. Или хотят провести действительно тайные испытания? Тогда почему его так бездарно засветили? Вопросы, вопросы без конца.
И последняя часть сообщения тоже не прибавляла понимания. В какой-то горной долине (хотя какая это долина, так, широкое ущелье) что-то затевается. И вроде бы что-то произойдет в ближайшую неделю. Очень информативно. Что именно? Судя по карте, долина эта сквозная, выходит к дороге от космопорта к Михайловску на расстоянии примерно 40 км от первого блокпоста. Еще два ущелья ведут куда-то глубже в горы. И что дальше? Используют это ущелье для накопления сил перед атакой? Готовят эвакуационный пункт для диверсионных групп? Или склад и место отдыха для разведчиков? Аэродром подскока для ‘Карновых’ или АКИ? Что? Тоже мне, помощник. Напустил туману, а ему разгадывай.
Подумав, Грегерсон решил передать данные о долине на ‘Леопард’. Пусть присмотрятся внимательнее и ‘пасут’ ее тщательнее. Им сверху виднее будет. Вдруг ничего не делается, всегда нужно время и ресурсы на подготовку. И шансы засечь эту подготовку у них неплохие. А там посмотрим. В крайнем случае, поднимем АКИ, а то и ‘Леопард’, и заровняем эту долину. Не в первый раз.
Время ‘Ч’ — 4 часа.(Hildor)
Расчет ‘Урагана’ в компании с саперным отделением занимались странным и совсем не привычным делом — вытягивали свою установку из прохода в ущелье. Лебедками, вручную. Под бодрые вопли командира ‘И-раз! И-два!’ десять человек четко поворачивали здоровые трехметровые ручки механических лебедок. С хрустом проворачивались шестерни, трещал храповик, звенели тросы, но с каждым поворотом ЗиЛ, зацепленный за крюки двумя тросами, сдвигался вперед на десяток сантиметров. Тащить таким противоестественным способом ‘Ураган’ предстояло еще почти 100 метров. Дальше была дорога на космопорт. Слава богу, проехать оставшиеся до позиции пять километров машина могла сама, накатом. Правда, на позицию должны были выехать две установки, но тащить второй ‘Ураган’ должна была уже другая команда.
Сержант Иванов с пыхтением ворочал рукоятку лебедки и с печалью в сердце думал о том, что лейтенант не любит «нашего брата». А ведь предлагали ему: поставить блок, трос от МАЗ-а протянуть через блок и втянуть трос обратно в пещеру. В пещере поставить лебедку, присобачить к нему электропривод и все. Нажал кнопочку и эта дурища сама вылетит из пещеры как пробка из бутылки! Так ведь нет! Задолбал всех своей маскировкой. Ему маскировка, а нам грыжа. Эх, жизнь бурлацкая!
— Осторожно! Левее… еще левее… стоп, так хорошо!
‘Тандерболт’ с номером 12 на боку и нарисованной акульей пастью на носу фюзеляжа застыл на подъемнике. Несколько рабочих еще раз проверили расположение самолета на площадке и дали ‘добро’. Подъемник заскрипел и начал поднимать штурмовик наверх, где его уже ждали техники, пилот и оружейники. И целый склад самого разнообразного вооружения. И если все пойдет хорошо (или очень плохо), то будет шанс проверить эффективность этого вооружения.
Вэнс Стиллман сидел около своего ‘Мародера’ и с бумажкой в руках разговаривал с техником.
— Реактор?
— Норма, охладители я проверил.
— Отлично. Гироскоп?
— Тоже нормально, поправок не требует.
— Пушка?
— Прицел на новую силу тяжести откалибровал, поправку ввел.
— Лазеры?
— Норма, но неплохо было бы провести профилактику и заменить…
— Понял я, успокойся. Будут тебе новые фокусирующие линзы, местные шишки обещали. Что еще?
— Да все в порядке, мы его сколько времени доводили! Всю зиму перебирали!
— Ладно. Тогда идите собираться и отдыхать. Транспорт вас ждать не будет, имейте в виду.
— Есть!
Когда техник, бурчащий что-то о глупых придирках разных шибко умных пилотах, удалился, Вэнс быстро осмотрелся. Место было хорошее, пожалей, оно подходило. Аккуратно сложив и сунув в карман свою бумагу, на которой он делал отметки о ремонте, он отошел к ближайшему камню и начал расстегивать штаны. Во время этой операции сложенная бумажка выскользнула из кармана и улетела за камень. Никто ничего не заметил.
Время ‘Ч’ — 3 часа.
Тихо, словно призраки, по низине скользили тени. Много, почти десяток. Ни одного звука, ни одного лишнего движения. Однако это были не призраки, а обычные люди из плоти и крови. Хотя, обычные ли? Многие, очень многие с этим не согласились бы. По мере приближения к цели от общей колонны отходили пары и уходили в сторону. К невысокому холму с несколькими кустиками добрались только двое. Там они сняли рюкзаки и стали их распаковывать.