Звезды смерти. Космический боевик

потом много чего было. Потеря танка и плен, контракт с наемниками, Цирцинус… И все равно ему везло. Везло настолько, что сейчас Донован командовал отделением техников, обслуживающим танки подразделения Грегорсона. А когда встал вопрос об использовании танковых мехводов для восполнения потерь среди пилотов мехов и организации постоянного патрулирования опорных пунктов, то опытом Донована воспользовались и для этого. Может быть, и не слишком почетно целому капитану заниматься работой какого-нибудь рядового, но это когда речь не идет о пилотировании меха.
Конечно, пилотом меха был плохим. Это не танк, тут совсем другие принципы. Но, кое-как поднаторев в удержании меха в вертикальном положении, Донован стал чувствовать себя гораздо увереннее. И даже успел пару раз отличиться. При очередном обстреле местными террористами опорного пункта он рискнул совершить прыжок на 180 метров. И пусть в результате мех упал, но выстрел из огнемета даже в положении лежа вынудил бандитов сбежать, оставив на поле боя один обугленный труп. В другой раз он вовремя засек ракетчиков с установками РБД. Мех получил пару царапин, но это была ерунда — удары по пехотным баракам стоили бы дороже.
Сегодня был очередной ночной патруль. Шесть пилотов мехов — и которых действительно пилотами были только трое, остальные были танкистами — несли очередную двухчасовую вахту по охране отпорного пункта номер два, прикрывавшего подходы к космопорту со стороны Ново-Михайловска. Работа тем более ответственная, так как прошло предупреждение от начальства: возможна серьезная атака со стороны местных сил самообороны. Поэтому Роберт постоянно гонял сенсоры и вглядывался в их показания. Он был всецело поглощен этим делом, когда какое-то шестое чувство заставило его оторваться от сканнеров, и посмотреть наружу, в темень ночи.
И остолбенеть!
Километрах в десяти от блокпоста из-за горы вылетали искры на недлинных огненных столбах. Ракеты. Очень похожие на хорошо известные Доновану ‘Стрелы’. И было этих искр довольно много.
Столбняк продлился не больше секунды. Рука сама ударила по кнопки установленного на мехе ревуна — боевая тревога. Уже не считая искры, Донован развернул ‘Вулкан’, и начал стрелять из всего оружия своего меха навстречу угрозе. Попасть в летящую ракету было нечто из разряда фантастики, но очень маленький шанс тем не менее был, и Донован, а затем и среагировавшая на ситуацию Катрин Хопкинс — пилот второго патрульного меха — открыли заградительный огонь. За те несколько десятков секунд, что ракеты подлетали к опорному пункту, оба пилота успели сделать всего по два залпа. И даже попасть в одну ракету, взорвавшуюся огненными брызгами ‘Дьявола’ прямо в воздухе не долетев до позиций.
А потом начался ад.
Донован еще успел заметить как две ракеты взорвались за пределами периметра, подняв кучу земли и щепы от растущих рядом деревьев. Словно в замедленном фильме осколки ракет ударили по защитным бурстверам, раздирая их в клочья. ‘Феникс’ Хопкинс начал взлетать, прыжком уходя с линии огня. Донован тоже решил, что не стоит искушать судьбу, но прыгнуть не успел. На опорный пункт обрушился ливень огня и смертоносный стальной град поражающих элементов боеголовок. Очередная ракета ударила буквально в паре метров перед его машиной, еще две взорвались поодаль (одна разворотила блиндаж, где ночевало отделение пехоты). Вулкан зашатался от попаданий осколков, а один особенно удачливый пробил бронестекло кабины и впился в правое плечо пилота. От боли Донован на секунду потерял контроль над машиной, и этого было достаточно чтобы мех тяжело рухнул на спину. Сверху плеснуло пламя очередного взрыва — машину захлестнуло огнем ‘Дьявола’, резко подскочила температура, запищали предупредительные сигналы. Донован этого уже не замечал. Он вообще эти несколько десятков секунд не контролировал происходящее -вцепившись в джойстики управления мехом и закрыв глаза он шептал молитву, не надеясь выжить в этой адской смеси грохота взрывов, щелчков бьющих по броне осколков, и всплесков огня.
А потом все стихло. Только шумел огонь горящих построек и что-то трещало со стороны склада боеприпасов — видимо, там был пожар и вторичные взрывы. И, конечно, кричали люди. Удивительно, что в разверзшейся преисподней кто-то сумел уцелеть. Донован еще долго еще лежал в прострации закрыв глаза и не обращая внимания на шумы вокруг — минуту, может даже больше. Из состояния грогги его вывел срывающийся голос Хопкинс.
— Что… Это… Было… Танкист?.. Танкист! Танкист!!!! Что!!! Это!!! Было!!! — сквозь слова слышались всхлипы, похоже ‘Кошка’ Хопкинс была в истерике.
Вопли в интеркоме вернули Доновану ощущение реальности, не слишком, впрочем