Звезды смерти. Космический боевик

связи.
‘Карнов’ медленно летел вдоль хребта. Из открытого люка вниз на тросах слетали человеческие фигурки и грузовые контейнеры. В нескольких километрах то же самое происходило и со второй машиной.
— Мостик, это третий! Обе пары вертолетов сменили курс. Похоже, они хотят облететь блокпосты стороной.
— Сколько от них до блокпостов?
— Около сорока километров. Сейчас летят вдоль хребта, к нам не приближаются. Не спешат.
— Хм. Ладно, смотри дальше.
— Понял, слежу.
Erta
Джеймс Новак сначала радовался назначению в самую элитную эскадрилью США. Правда, радость была недолгой — ровно до той поры, как он узнал, что помимо новых стран и неба его ожидает работа с коммунистами. Ценой огромных усилий ему удалось сдержаться и не набить морду агенту ЦРУ. Однако доводы агента были ОЧЕНЬ убедительны. Или служба где скажут и выполнение всего, что прикажут, или пожизненное сидение вечным лейтенантом где-нибудь на Аляске. Где самым частым гостем у него будут белые медведи. И медведицы. Отказаться от карьеры Джеймс не мог себе позволить, и он скрепя сердце ушел с головой в освоение нового штурмовика.
А-10, подготовленые в рамках программы, отличались от своих собратьев отсутствием заводских маркировок и качеством сборки в лучшую сторону. Машина была неплоха, несмотря на свою внешность, хотя и непривычна.
… когда Новак увидел гигантское яйцо, он был шокирован…
Нет, конечно, молодой пилот слышал о событиях, произошедших в семьдесят седьмом году в Европе. Но одно дело слышать и видеть фотографии разрушенного Мюнхена. И совсем другое — идти по коридорам корабля и ощущать его чуждость.
Полет к новому месту службы ему не понравился. Особенно из-за присутствия русских.
По прибытию на базу потянулись бесконечные тренировки с местными армейцами. Настоящим шоком для него был тот факт, что практически все местные тоже были РУССКИМИ! Ну, почти русскими. Джеймс выкладывался полностью, пытаясь как можно лучше выполнять свои обязанности, и потихоньку боролся с неприязнью. Не сказать, что бы очень удачно, но некоторые положительные подвижки были.
…Рев двигателей в замкнутом пространстве был оглушающим. Поморщившись, пилот развернул ‘Тандерболт’ в сторону ворот. Штурмовик, выкрашенный в горный камуфляж и украшенный оскаленной пастью, ожил и двинулся вперед, постепенно набирая скорость. Полосы разметки на ВВП слились в непрерывные полосы, и самолет пошел вверх…
Hildor
Двери ангара открылись, и из них с ревом выкатился самолет и начал разбег. Едва он оторвался от широкой и странно пустынной дороги, как из ангара тут же показался второй. Через минуту пара штурмовиков с подвесками, забитыми оружием, начали набирать высоту.
— Мостик, это третий! Зафиксирован взлет двух ‘Оводов’, повторяю — ‘Оводы’ в воздухе!
— Направление?!
— Блокпост ?1! РВП — полчаса!
— Принято! Не спускай с них глаз.
— Понял!
— Появились, голубки.
Через десять минут после того, как по дороге пропылила колонна вражеской техники, кусты на обочинах зашевелились. На дороге появились несколько человеческих фигурок, закутанных в ‘лохматый’ лесной камуфляж. И каждого из них была нашивка с эмблемой в виде странной шестеренки с цифрой ‘501’ в центре. Послышались негромкие голоса, и разведывательный отряд с позывным ‘Дозор-7’ принялся за работу.
Фредерик Грегерсон краем уха слушал переговоры по радио. Основное внимание его было сосредоточено на лежащей перед ним интерактивной карте, на которой отображалась текущая ситуация. В голове шел анализ:
— Два ‘Овода’ летят по центру, две пары тяжелых вертолетов заходят с флангов. Что же это такое? Атака? Ловушка? Черт, а исправных АКИ всего ничего!
Скорость ‘Оводов’ меньше, чем при атаке ‘Союза’. Значит, могут дать скорость выше. Учтем. Что мы можем сделать? Поднять АКИ — это естественно и само собой напрашивается. Пока пилот добежит и запустит истребитель — это одна-две минуты. Долетит до блокпоста — еще две. Всего пускай будет четыре. Сколько же пролетит за четыре минуты атмосферник? Если по прямой, то тридцать-сорок километров. А может, и больше. А порт точно под присмотром. Значит, подготовку ‘Гепарда’ к старту они точно засекут. Пока передадут информацию, пока переправят — минута долой. Значит, рассчитываем на тридцать километров.
От блокпоста до порта около тридцати километров. Еще столько же — от блокпоста до предгорий. А до ущелья-ловушки, кстати, всего сорок. И встречали там наши АКИ так горячо, что половина до сих пор в ремонте, а четверть проще выкинуть, чем починить. Местные хотят повторить однажды удавшуюся ловушку? Нелогично, но… черт его знает! Их уцелевшая техника после боя словно