Звезды смерти. Космический боевик

они вышли и куда вернулись!
Чувствовать себя лейтенантами на разносе у генерала — такого ощущения оба офицера с Земли не испытывали уже давно. Тем более что недовольство Давида было понятно. И виноваты были оба — Донахью потому, что все пилоты штурмовиков были его подчиненными, а Соколов — потому что он был командиром ‘501 легиона’ и отвечал за всех.
— Сэр, но мы высадили заслон специально для того, чтобы атаковать залетевшие вглубь гор вражеские АКИ — попытался оправдаться Донахью.
— Нет! Мы высадили его для того, чтобы помочь вашему штурмовику оторваться от преследования вражеского АКИ! А в данном случае этого не было! В тот момент, когда ваша пехота обстреляла тот ‘Гепард’ Новак уже болтался под парашютом! А его второй номер уже улетел.
— Но засечь наши мехи они могли и раньше, чем они открыли огонь — попробовал вставить свое мнение Соколов.
Давид устало глянул на обоих землян и заговорил почти спокойно.
— Как? Они не выделялись ни в тепловом, ни в видимом диапазонах. Маскировочная окраска не давала их разглядеть при беглом осмотре, а в летний день камни нагреваются не на много меньше, чем металл меха. А магнитным сканером с орбиты отдельный мех не разглядишь. Нет, их засекли в тот момент, когда они открыли огонь. И что гораздо хуже — они наверняка определили, что ваша ‘Катапульта’ открыла огонь управляемыми ракетами. О чем они подумают, увидев это, я даже не берусь предсказать.
— Что же мы в итоге получили?
Герцог Кент тяжело посмотрел на вытянувшихся перед экраном Грегерсона и Гроссмана.
— Вы были предупреждены о возможной операции местных. Вы имели достаточно времени на подготовку. И в итоге вы потеряли один АКИ, танк и два ховера! Это не считая почти взвода солдат! Разменяв все это на один атмосферник!
— Сэр… — попытался трепыхнуться Грегерсон.
— Что, Фредерик? — ласково поинтересовался герцог.
Грегерсон закашлял. Слишком уж ласковым был тон вопроса. И выражение лица герцога было… обещающим.
Собравшись с мыслями и с духом, Фредерик начал:
— Сэр, ваш информатор не указал ни точного времени, ни характера предстоящей операции. Мы не смогли четко среагировать на налет ‘Оводов’. Ускорение ремонта одного АКИ хоть и позволило вернуть его в строй, но плохо отразилось на его боеготовности. После короткого обстрела с вражеского атмосферника он практически на половину лишился брони. Не из-за того, что она была пробита, а из-за того, что она просто отлетела. Он был вынужден вернуться обратно в порт. Что касается потери другого ‘Гепарда’, то это было следствием нескольких случайностей. Сначала его обстрелял самонаводящимися ракетами ‘Овод’, затем вследствие своих маневров он нарвался сразу на две засады.
— Да? Предположим. А как вы оправдаете уничтожение лагеря и практически уничтоженный конвой?
— Сэр… Простите, но спасти их было практически невозможно. Лагерь разбомбили с большой высоты, а затем залили горючей смесью. К тому моменту, когда к лагерю прибыли спасатели, там было всего трое выживших, двое из которых были пилотами мехов. Конвой сначала расстреляли с большого расстояния, затем также обработали бомбами и огнесмесью. Во всех случаях атака велась с дальней дистанции, превышающей дальность эффективного огня нашего вооружения. Этот огонь рассеял защитников и не позволил им организовать нормальную оборону. Последующая бомбардировка вообще не оставляла никаких шансов. Сэр, эти наемники действуют предельно жестко, а их основным мерилом в действиях является эффективность.
— Фредерик, так действуют ВСЕ наемники!
— Да, сэр! Верно, сэр! Но их всегда что-то ограничивает: стоимость ремонта и боеприпасов, общественное мнение, нормы морали… Этих не ограничивает ничего. У них есть цель, и они добиваются ее любыми путями. Их логика не укладывается в норму. К примеру, для уничтожения всего одного АКИ они устроили полномасштабную засаду с участием мехов, пехоты и атмосферников.
— Да? А я почему-то думал, что их целью было уничтожение нашего лагеря.
— Да, сэр. И это тоже. Но тогда почему по нашему АКИ стреляло все, что могло?
— А почему вы не запустили АКИ раньше? Почему ждали так долго?
— Сэр, я хотел гарантированно подбить эти ‘Оводы’ и попытаться захватить пилотов. И если бы не выход из боя ведомого ‘Гепарда’, то я бы добился успеха.
— Вот оно что! Ладно, что касается пехоты, я согласен — потери стоили бы результата. Но что ты получил в итоге? А в итоге ты потерял один АКИ, второй отправил в ремонт. Облажался ты, полковник!
— Сэр, я готов понести любое наказание!
— Понесешь, Фредерик. Кажется, я это уже говорил, причем не так давно. Не так ли?
— Да, сэр! Говорили.
— Ясно. Что еще можете сказать по итогам вашего