Звезды смерти. Космический боевик

бойца
Одно слово — измененный геном.
— Умыли, — со вздохом констатировала майор. — Только знали бы вы, два идиота, чего мне стоило удержаться от стрельбы… Мать твою за ногу, капитан, ты так больше не шути. Ладно? Я то ладно а вот другая бы черканула очередью и… — Последовала матерная тирада.
Выговорившись майор улыбнулась снявшему шлем Штайнеру:
— А ты хорош, парень хотя я и била не в полную силу и кувырком смягчила удар всё равно молодец. Почти суметь увернуться результат просто отличный для обычного человека. Исключительный даже. Молодец. Ладно, парни, пошли наконец, свяжемся с вашим командованием.
Через несколько минут зашифрованное и сжатое в импульс сообщение включающее в себя рапорт и официальное послание Хеля ушло к адресату.
Пока ждали реакции начальства на полянку стянулись закончившие разминирование бойцы которые с интересом косились на тихо беседующих майора Томскую и Махова. Наконец прозвучал сигнал приема пакета и Махов со Стовером который присоединился к ним вместе с парой девушек с Хеля впились глазами в текст на экране.
Группе ‘Хищник’ предписывалось сопровождать гостей к столице. В части послания касающейся дипломатии говорилось, что командование и руководство Малой Заимки будет радо видеть Особого посланника и выражает надежу на то, что их отношения будут плодотворными и взаимовыгодными.
Прочитав этот опус Олег повернулся к стоящей рядом Мэри Томской и попросил:
— Сообщите послу о том, что мы рады видеть ее на Заимке и передайте ей файл с ответным посланием нашего руководства. — Он сделал паузу. — Надеюсь у вас найдется место для дюжины мужчин с их багажом?
Менее чем через час колонна ховеров в которых кроме выходцев с Хеля теперь сидело двенадцать землян взревев турбинами мчалась к месту где находилось руководство планеты и Легиона.
Hildor
Бригадный генерал Донахью сидел за столом и печально смотрел на лист бумаги. На ней был напечатан краткий отчет об эффективности применения ПЗРК и некоторые идеи по поводу повышения их убойности. Очень важная и нужная информация, но генералу было не до нее. Сейчас он страдал от явления, которое какой-то остряк перевел с русского языка как ‘амфифобная асфикция’. Генерал, правда, совершенно не понимал, причем тут жаба, но выражение было интересное.
Открылась дверь, и в комнату вошел еще более печальный Соколов.
— И как все прошло?
— Нормально. Техники проверили состояние трофеев и расписались в актах технического осмотра, потом мы с Давидом расписались в актах передачи имущества. Сейчас все грузят, через полчаса увозят.
— Акатов как?
— У-у-у! Вселенская скорбь и детская обида. Посмотришь на него и чувствуешь себя так, словно у ребенка конфету отбираешь. Правда, против ничего не сказал, все трофеи показал и отдал полностью.
— Значит, у нас остались только ‘Феникс’, ‘Страйкер’ и одна РРС от ‘Мародера’?
— Увы. ‘Цикаду’ мы все равно не в состоянии отремонтировать — нет запчастей, а остальное пошло довеском. ‘Феникс’ мы хотя бы можем сразу использовать, благо опыт применения и эксплуатации у нас есть.
— Пилота нет.
— Верно, своего нет. А брать местного не желательно.
— Подождем до Земли. Все же один дополнительный мех это уже очень хорошо.
— Не спорю.
Разговор утих. Через несколько минут из открывшегося в теле горы тоннеля выехал тягач и направился в сторону Михайловска. На нем лежала заботливо укрытая защитной накидкой одноногая ‘Цикада’. Как бы ни хотелось все это оставить себе, в контракте указывалось четко — половина всех трофеев принадлежит работодателю, то есть правительству планеты Новая Заимка. Хорошо, что наемники имели преимущественное право при разделе и потому могли выбирать, что брать. Взамен правительство обеспечивало мехов ‘Легиона’ ремонтом и боеприпасами… но все же, все же… жаба душила командиров со страшной силой.
Лю Шаню хотелось спать. Сильно хотелось. За всю неделю, что они безвылазно сидели в ‘Леопарде’ и изучали остатки оружия ‘Легиона’, он почти не спал. Днем он тщательно изучал находки, а ночью, найдя укромный уголок, просматривал базы данных КомСтара и искал совпадения. Времени на сон практически не оставалось, организм уже отказывался работать, и никакие стимуляторы уже не помогали. Поэтому он решил устроить себе что-то вроде отдыха. Сегодня группа разведки принесла очередную кучу металла, разного мусора и фотографий, на этот раз из ущелья-ловушки. Голова отказывалась работать, поэтому Лю Шань просто вытянул из кучи какой-то замызганный листок бумаги, отошел на свое место и уставился на него. Рисунок был ему знаком: на листке кто-то схематично нарисовал радиатор и его части, и пометил вразнобой буквами и цифрами