НОВЫЙ роман от автора бестселлера »Эскадрон смерти’ из космоса’! Продолжение войны против ‘звездных карателей’. Советская Империя наносит ответный удар! Инопланетное вторжение 1977 года провалилось. Космический десант гигантских боевых машин разгромлен вооруженными силами СССР и США. Объединившись перед лицом внешней угрозы, в кратчайшие сроки освоив трофейную технику и совершив грандиозный технологический рывок, Земля переходит в контрнаступление. Первый Звездный легион СССР против армады Чужих. Непобедимая и легендарная Советская Армия против инопланетных ‘эскадронов смерти’. Спецназ КГБ против пришельцев. На беспощадных Звездных войнах только один закон: ПЛЕННЫХ НЕ БРАТЬ!
Авторы: Вихрев Федор
вокруг которой строилась оборона и атака. Гигантская огневая мощь, чудовищная устойчивость, ужасающий психологический эффект. Да и кадры кинохроники были весьма красноречивы — на них то и дело мелькали кадры, как тяжелый мех за несколько секунд превращает дом в кучу мусора, одним залпом выводит из строя несколько танков и идет, начхав на кучу попаданий из самого разнообразного оружия. Минусы же предполагалось компенсировать применением мехов в составе механизированных групп, в состав которых должны были входить танки и мотопехота. Поэтому основу мехподразделений США предполагалось составлять из тяжелых машин.
Но тут свое веское слово сказали те, кто планировал и проводил освобождение заложников в Тегеране. И те, кто благодаря этой операции остался в живых. Они четко дали понять, что спецназу нужны легкие, маневренные машины. Такие, как тот ‘Страус’, что поддерживал группу рейнджеров во время захвата посольства и последующей эвакуации. И им все равно, что этот мех называется ‘Саранча’ — если он выглядит, как страус, носится, как страус и имеет такую же походку, как страус — то и быть ему ‘Страусом’. Мнение это прозвучало весьма громко и весомо (то есть его поддержали несколько очень важных людей и корпораций), и с ним были вынуждены считаться.
А в СССР был свой, особый взгляд на вопрос конструкции и применения мехов. Конструкция, разработанная во Внутренней Сфере, была признана не очень удачной. Прозвучало это как гром среди ясного неба. Нате вам. Конструкция, которая прошла через горнила множество войн; которая была отшлифована столетиями; которая была признана экспертами куда более технически сведущими — признана неудачной? Многие в ответ на это покрутили пальцем у виска. Но советские конструкторы уперлись рогом, и добились одобрения своего собственного проекта, который не имел с привычными мехами практически ничего общего. Кодовое обозначение проекта было ‘Индигирка’, но все его называли совсем иначе. Обычно его называли ‘Таракан’…
Кусочек.
Томас Гроссман был на летном поле, когда все началось. Через ворота в космопорт начал втягиваться конвой. Следы взрывов и огня, плюс отсутствие нескольких машин, еще несколько на буксире. Отсюда вывод — опять нарвались. Предупрежденные заранее медики шустро утаскивали раненых, техники на глазок — по внешнему виду, и по рассказам экипажей сортировали технику для ремонта по боксам. Пехотинцы спрыгивали с брони и тут же раздевались — хотя погода была не жаркая, но из-за шлема и бронежилета все были мокрыми. Да и напряжение боя сказалось.
Гроссман был зол. Из-за ранения Грегерсона старшим офицером автоматически становился он. Правда, у него было подозрение, что это не на долго. Сразу после доклада медика ему придется связываться с герцогом Кентом и докладывать обстановку. А герцог почти наверняка тут же утвердит главным своего нового любимчика — Майделя. А тот, ничего не зная о положении на базе и блокпостах, мог наворотить таких дел… Куда там местным партизанам до командира-самодура!
То, что два транспортера, ехавшие самыми последними, въехали в стоящий за оградой ‘Союз’, сначала прошло мимо внимания не только Гроссмана, но и всех остальных. Кстати, тот факт, что люк на дропе был открыт, было грубейшим нарушением целой кучи инструкций. Хотя открылся он только перед траспортерами, и за ними же сразу закрылся. А через полтора часа — началось.
Дроп вдруг окутался клубами пара. Это означало, что экипаж начал прокачку и проверку целостности сопел ориентации. В принципе, ничего странного, такую процедуру периодически проводили на всех дропах, и ‘Союз’ тоже, но не сегодня. Затем зашевелились турели — стрелки проверяли системы наведения. Тоже ничего странного, турели периодически дергались у каждого дропа. А затем ‘Союз’ окутался огнем.
Лазеры и РРС ударили по ближайшим ангарам, стоящему возле ограды ‘Леопарду’ и блокпосту на входе. Ракеты из пусковой установки устремились к вышке связи. Не долетели — слишком далеко, досталось нескольким техникам, которые шли через взлетное поле. Ангар загорелся. Блокпост под ударом плазмы превратился в братскую могилу для дежурного отделения. Броню ‘Леопарда’ покрыли выбоины и шрамы. А ‘Союз’, нанесший предательский удар, тем временем медленно поднимался вверх, балансируя на струях плазмы. Через несколько секунд дроп поднялся слишком высоко, и огонь с него прекратился. Внизу все застилал черный дым, поднимающийся от горящих блокпоста и ангара. А ‘Союз’ улетал, все быстрее набирая скорость и высоту. На высоте в несколько километров от бока дропа отделилась маленькая, почти незаметная черточка и камнем полетела обратно, вниз, к земле. Только ее никто не заметил.
Предупрежденный ‘Леопард’,
