Звезды смерти. Космический боевик

и футбол. Шло вживание прибывших в обстановку, изучение местности и местной матчасти. И шли споры, ну куда уж без них. И сегодня, по просьбе командующего ограниченным контингентом Соколова, предстояло решить один из таких споров. Саперы с Земли поспорили с местными, что их минные закладки не будут обнаружены местными средствами, и поразят все мишени. Для проверки этого утверждения было решено выделить участок дороги длиной три километра и провести учения.
Эти три километра были частью дороги, ведущей в один из заброшенных шахтных поселков. После выработки полиметаллической жилы его официально закрыли. А через год без лишней огласки стали использовать для проведения тренировок ‘Борогоза’ в условиях городской застройки. Кусок дороги, отмеченный вешками, начинался на равнине, делал поворот и заканчивался уже в ущелье с довольно крутыми склонами. По обочинам дороги лежали кучки камней, росли несколько групп кустов, поодаль стояли несколько деревьев. Обычный для Заимки участок дороги, не лучше и не хуже многих других.
На холме, возвышающемся над дорогой, стояли несколько человек. Командование контингента с Земли представляли капитан Махов и капитан-лейтенант Стовер, Заимку представляли командир ‘Борогоза’, несколько человек из командования местной милиции, и наконец, сам председатель Мазур. Все они пристально смотрели на колонну бронетехники, стоящую на старте у первой отметки.
— Итак, повторяю задание. Подразделение ‘Борогоза’, состоящее из меха ‘Стингер’ и пяти бронемашин должно проехать три километра от одной отметки до другой в условиях минной опасности и не потерять ни одной машины. Время на выполнение задания — 20 минут. Начали!
Первой линию старта пересекла бронемашина инженерной разведки. Снабженная несколькими детекторами, она должна была обнаружить те сюрпризы, которые заложили саперы с Земли. Бронемашина была способна засечь металл и взрывчатку, спрятанную в грунт, несла в себе систему РЭБ, глушащую электронику и минный трал. Следом за ней неспешно двинулся ‘Стингер’, сканируя окрестности своими сенсорами, за ним потянулись четыре машины разного типа, от танка до обычного грузовика.
— Полковник, сколько было времени у ваших саперов? — спросил вдруг Мазур у Соколова.
— Сутки, товарищ председатель.
— Уверены в успехе?
— Так точно, товарищ председатель.
— Ну-ну, посмотрим — вмешался командир ‘Борогоза’. Условия проигрыша помнишь?
— А ты сам-то как?
— Я помню, а ты?
— Да ладно вам, как дети малые. Все равно вместе пить будете.
— Будем, конечно. Но! Кто кого будет угощать?
— Поживем — увидим. Лучше на дорогу смотрите. Скоро первая закладка будет.
На дороге тем временем колонна преодолела первые полкилометра и продолжала свое неторопливое движение.
— Сейчас начнется!
На дороге действительно началось. Внезапно в сторону ‘Стингера’ откуда-то с обочины рванули разноцветные жгуты. Мех дернулся, но увернуться не успел — слишком неожиданно все произошло. Через секунду до холма долетел треск и какие-то хлопки.
Колонна встала. На груди меха красовались три крупных желтых пятна, на спине — четыре красных. Пятна медленно сползали вниз, оставляя за собой дорожки.
— Четыре РБД в спину и три ‘Инферно’ в грудь. От одного ‘Инферно’ он все-таки увернулся, молодец. Что будет с мехом?
— Броня на спине пробита, как минимум поврежден один из радиаторов. Если не повезло, то взорвался боекомплект к пулемету, а это критические повреждения реактора и гироскопа. Также перегрев меха, ни бегать, ни прыгать он уже не может. В общем, мех выведен из строя.
— Отлично. Минус один.
Тем временем колонна двинулась дальше, уже с меньшей скоростью. ‘Стингер’, развернувшись, пошел назад, к точке старта. На холме установилась тишина. Через пять минут Соколов заговорил снова:
— Подходят ко второй закладке.
Через несколько секунд опять раздались хлопки и треск. За секунду инженерная бронемашина оказалась разукрашена желто-красными пятнами от колес до крыши с обоих бортов. И изрядный кусок дороги — тоже.
— Семь РБД и пять ‘Инферно’, все в борта. Что с ним будет?
— Уцелеет, скорее всего, но экипажу придется плохо. Возможны повреждения ходовой. Сенсоры получат повреждения, минный трал разбит — в голосе командира ‘Борогоза’ стали явно слышны нотки восхищения.
— Значит, минус два.
Четыре оставшихся машин начали движение. Первым выдвинулся танк, сразу набрав приличную скорость. За ним с большим интервалом последовали остальные. Набрав скорость и сильно растянувшись, колонна неслась к финишу. Инженерная машина осталась стоять. Из нее выбрались несколько человек и побежали к обочине, где