Современный израильтянин проваливается в XIII столетие, в средневековый Мюнхен, где его принимают за Голема, вызванного заклинанием легендарного каббалиста Маймонида для защиты от грабежей и погромов.
Авторы: Баренберг Александр
угол кровати, поставил на чурбак, заменявший столик, поднос, разлил по двум серебряным кубкам вино. Себе чутьчуть, путешествовать в свое время сегодня в мои планы не входило. Рассказывая о всякой фигне – путешествии в Египет, судебном поединке, в котором участвовал еще в Мюнхене, и тому подобном, все время провозглашал тосты и следил, чтобы пациентка употребляла лекарство до дна. Взгляд не привыкшей к алкоголю в исламском окружении собутыльницы соловел на глазах. Движения из резких стали заторможенными – «микстура» подействовала. Веки явно становились слишком тяжелыми, чтобы держать их открытыми.
– Ложись спать, у тебя был тяжелый день! – легонько толкнул ее в плечо.
Анна покорно улеглась на кровать, но только я попытался было встать, с силой вцепилась мне в руку:
– Не уходи, мне страшно одной! Я не смогу заснуть! Боюсь вновь проснуться в темнице!
Бедняжка! Всетаки для выросшей в относительно приличном и благополучном доме девушки события последних дней стали серьезнейшим потрясением. Она, может, и пыталась выдать себя за прирожденную авантюристку, но одно дело – мечтать вырваться на свободу, листая потертый от частого чтения пергамент старых рыцарских романов в уютной девичьей спаленке, и совсем другое – испытать все «радости» этой самой свободы на собственной нежной шкуре. Ничего, привыкнет, обратного пути все равно уже нет…
– Я посижу здесь, пока ты заснешь…
– Можешь и полежать! Иди сюда! – она сильнее сжала мою руку и, не открывая глаз, положила на свое теплое мягкое бедро, туго обтянутое тонкой тканью. На секунду заколебался – соблазн был слишком велик… «Это алкоголь и нервы! Завтра ей станет стыдно!» – оборвал я разбушевавшуюся фантазию. Да, пора признаться самому себе – Анна мне нравится, но если чтото между нами и произойдет, то не так…
– Я просто посижу! – медленно убрал руку с ее бедра и стал гладить белокурые локоны, в беспорядке разбросанные по пуховой подушке – лучшей из имевшихся на постоялом дворе. Уже через несколько минут девушка спала крепким, спокойным сном. Я затушил свечу и на цыпочках вышел в коридор, плотно притворив за собой дверь…
Спустился вниз в самый разгар ужина. В большом зале шумно поглощали жареное мясо многочисленные посетители постоялого двора. Отдельной группой сидели мои бойцы, с кружками пива в руках. Видимо, уже заканчивали трапезу, раз уделяли повышенное внимание напиткам. Цадока среди них не наблюдалось.
– Сборы закончили? – обратился к восседавшему с потресканной деревянной кружкой в одной и полуобглоданной бараньей ножкой, с которой аппетитно капал жир, в другой руке Олегу.
– Угмм, – промычал тот с набитым ртом. Я интерпретировал его ответ как утвердительный.
– А Цадок где?
– Ужинает с хозяином. Просил тебе передать, чтобы ты тоже пришел, – командир наемников проглотил, наконец, мешавший ему говорить кусок.
Я поплелся в другое крыло довольно обширного постоялого двора, где проживал его хозяин вместе со своим многочисленным семейством. Поднялся по витой лестнице из прочного ливанского кедра и постучал в массивную дверь. Открывший ее слуга торопливо поклонился (вот она, слава!) и без всяких вопросов повел внутрь по длинному коридору. В комнате, в которую он меня проводил, за небольшим деревянным столом восседали Цадок с Менахемом и средний сын хозяина – не запомнил его имени. Странно, думал, тут соберется вся немаленькая семейка владельца заведения, кроме старшего сына, находящегося в деловой поездке. При моем появлении отец и сын вскочили на ноги. Это что еще за новости? Не хватало, чтобы еще и поклонились!
Поклонились! Ну, блин! Это побочные последствия моей сегодняшней победы или?.. Я с подозрением взглянул на купца. Но Цадок восседал с непроницаемым лицом, делая вид, что рассматривает богато украшенные футляры со свитками религиозных текстов внутри, расставленные на прибитых к ближайшей стене резных полках. Ладно, потом разберемся! Сел за стол и приступил к трапезе, так как уже основательно проголодался. Еду, состоявшую из набора нескольких аппетитно пахнущих мясных блюд и вареного риса с зеленью, тут запивали качественным вином, а не дешевым пивом, как внизу. Когда я насытился, Менахем вдруг осведомился:
– Ариэль, скажи, а ты действительно Мессия?
Вот так сразу и в лоб! Ну, все понятно. Я украдкой показал Цадоку под столом кулак. Уже наплел чтото! Странно только, что мои собеседники не кажутся слишком уж взволнованными. К ним регулярно мессии на огонек заглядывают? Однако придется поддерживать разговор. Я усмехнулся:
– А вы уверены, что Мессия сам должен знать о том, что он Мессия?
Вопрос загнал моих собеседников в некоторый ступор. Как ни
