Современный израильтянин проваливается в XIII столетие, в средневековый Мюнхен, где его принимают за Голема, вызванного заклинанием легендарного каббалиста Маймонида для защиты от грабежей и погромов.
Авторы: Баренберг Александр
корабль.
– Маленькая она. И недостаточно мореходная. Продам. Хочешь купить?
– Нет. Я пока не определился со своими планами.
– Мне нужен человек, который присмотрит за постройкой заказанного корабля, пока я буду в Мюнхене. А весной на этот корабль нужен будет капитан…
– Боюсь ошибиться, но, кажется, такого человека ты уже нашел! – довольно ухмыльнулся Джакомо.
– Более чем вероятно! – согласился я.
До пристани, к которой нас подводил местный лоцман, нанятый на входе в гавань, оставалось совсем чутьчуть. Надо было готовиться к обычно малоприятным и затянутым таможенным разборкам с чиновниками порта. Тут на палубу вышла Анна, грациозно потянулась и искоса взглянула на меня своими огромными голубыми глазами. Еще одна нерешенная проблема! Я так и не выяснил, каковы перспективы наших отношений после прибытия в Европу. Хотя сразу по спасении из плена я стал проводить ночи в ее каютке и окружающие давно начали воспринимать нас как полноценную пару, тем не менее не все между нами было прояснено до конца. И я, и она почемуто боялись говорить откровенно на тему наших будущих отношений. Что касается меня, то это абсолютно не удивительно, после двух неудачных браковто! Вдруг Анна станет настаивать на свадьбе? Не уверен, что готов дать удовлетворяющий ее ответ!
А вот почему моя подруга стеснялась затронуть эту тему, мне было неизвестно. Боится спугнуть? А может, вовсе и не планирует оставаться со мной после прибытия на берег, как, в общемто, и собиралась в начале путешествия. А что? Деньги у нее есть – прихватила с собой коекакие драгоценности из дому, а обо мне Анна толком ничего и не знает. Полностью правды о своем происхождении я ей не рассказал, лишь неохотно подтвердив запущенную Цадоком версию о потенциальном Мессии. Только ейто что? Она, вообщето, верующая христианка! По крайней мере, старается это декларировать. Короче, хотелось бы прояснить!
Решительным шагом (по крайней мере, надеялся, что так это выглядит со стороны) подошел к девушке.
– Проснулась? – спросил я, целуя ее в приоткрытый жестким воротником дурацкого платья типичного средневекового покроя белоснежный кусочек кожи на шее, и добавил притворнорадостным голосом, обнимая подругу за плечи: – А вот и Генуя! Довольна, что наконец добрались?
Анна, угадав, видимо, истинную цель моего вопроса, изящным движением вывернулась из объятий и посмотрела мне прямо в глаза. Я почувствовал сильное смущение, хотя пока вроде и не за что. Умеют же бабы вызвать чувство ложной вины! И успешно этим пользуются. Еще толком не начали разговор, а я уже ощущаю себя в позиции обвиняемого!
– Ты хотел узнать, что я собираюсь делать на берегу?
Да, прямоты характера у нее не отнять. И не могу сказать, что это мне так уж не нравится.
– Именно!
– Я предполагала купить домик в городе и зарабатывать на жизнь вышиванием гобеленов. Меня мать научила. Если… Если не подвернутся более привлекательные варианты! – довольно прозрачно намекнула девушка, к моему сильному облегчению.
Взял ее за руку, преодолев несильное сопротивление:
– Послушай, Анна! Моя жизнь не самая спокойная и безопасная, да и сам я далеко не образец мужчины, считающегося правильным в привычном тебе обществе. Тем не менее если ты хочешь опасностей, приключений и новых знаний, то я с удовольствием это все тебе предоставлю. И защиту, конечно. Насколько смогу. Решай сама, хочешь ли ты подобной жизни!
Внимательно слушавшая девушка вдруг улыбнулась:
– Никогда бы не поверила, что мне будут объясняться в любви таким странным образом!
И, привстав на носках, сама нашла мои губы…
Несмотря на дождь, работа в генуэзском порту бурлила. Сновали тудасюда носильщики, важно прохаживались толстые солидные купцы, мельтешили вечно спешащие озабоченные приказчики. Ну а в более укромных уголках веселились пьяные матросы, прогуливая с помощью безвкусно размалеванных девиц и подозрительного вида игроков в кости только что полученное жалованье. В общем, царила привычная портовая суета. У меня было часа два, чтобы насладиться ее видом из окна таможни, где, на втором этаже, как приличные клиенты, имеющие рекомендации, мы и оформляли необходимые формальности и платили все положенные взносы.
Вернее, оформлял Цадок, как владеющий итальянским, а я лишь подписывал в нужных местах. Зато ушлый купец, не теряя времени, при посредничестве того самого таможенника, не чуравшегося, естественно, «левых» заработков, нашел покупателей на часть привезенного нами товара и на сам ставший уже ненужным корабль. Вот и хорошо, у меня есть в городе более важные дела.
Покончив с бюрократией, наняли носильщиков, загрузившихся нашими личными
