Голем. Трилогия

боевые качества немолодого уже алкоголика) и в сопровождении выделенного королем Андрашем отряда, отправляется в Галич немедленно. Чтобы, появившись там немногим позже новости о случившейся в Польше трагедии, перехватить руль, пока остальные претенденты не очухались. Так как весь отряд двигался исключительно верхом, дорога должна занять не более трех недель.
      В подсумке у Владимира лежало два подписанных королем пергамента. Первый, адресованный вдове Романа, сообщал, что Андраш, ввиду особых обстоятельств, отступает от заключенного год назад с ее мужем договора. И предлагает ей, вместе с детьми, кров и защиту в Венгрии, вместе с солидным содержанием. При условии, что та во всеуслышание заявит об отказе от княжения в пользу Владимира. А подкрепит данное заявление второй пергамент, который требовалось огласить перед жителями города, прежде всего боярами и дружиной. Там содержался текст союзного договора между Венгрией и Галицким княжеством, главой которого король Андраш признавал, естественно, Владимира.
      Еще большему убеждению должен был способствовать венгерский отряд численностью почти в пять сотен копий. Наш союзник не имел пока возможности отправить большие силы, но зато он послал лучшие из имевшихся в наличии. Двести человек принадлежали к личной королевской гвардии и являлись профессиональной тяжелой конницей. Примерно пятую часть от их числа составляли рыцари, многие из которых, были родом из германских и французских земель. Ветераны крестового похода, они «застряли» в Венгрии на обратном пути. Дополнительные три сотни — легкая конница и посаженная для ускорения марша на коней пехота, набранные из близлежащих гарнизонов. Это то, что удалось собрать на скорую руку, чтобы не задерживать отправление. Позже, при надобности, Андраш может отправить и дополнительные силы, армия у него немаленькая даже без призыва ополчения. Правда, и внешних угроз тоже хватает.
      Я, со своей стороны, тоже, чем мог, поучаствовал в восстановлении династии Ростиславичей на Галицком столе. Владимир вез с собой семьсот марок, которые смог выделить ему для начального обустройства на новой должности. Еще две тысячи были обещаны в качестве компенсации нынешних и будущих военных расходов венгерскому королю, правда, реально ему передан пока лишь массивный золотой слиток стоимостью в двадцатую часть этой немаленькой суммы. Просто больше у меня с собой не оказалось — не так уж много взяли с собой в Мюнхен, да и поистратились по дороге.
      Только деньгами мое участие не ограничилось. До моря оставалось уже чуть-чуть, так что я рискнул послать вместе с Владимиром и почти всех сопровождавших обоз воинов, во главе с их командиром Моше. Два десятка опытных, а главное — вооруженных средствами, не имеющимися ни у кого вокруг, бойцов лишними в этом походе явно не будут. Ну и Моше, снабженный дополнительными инструкциями, заодно присмотрит за неопытным пока в управленческих делах князем. Чтобы не успел наделать ошибок до нашего прибытия.
      Дай бог, хоть я в него и не верю, чтобы у Владимира все получилось. Отряд, двигаясь налегке, без обоза (кое-какие припасы подвезут позже, малой скоростью), по своим и дружественным землям, может достичь пункта назначения дней за десять. Надеюсь, это не слишком долго. Месяца через три, если все пойдет по плану, мы встретимся в Галиче. Для этого кораблям придется обогнуть Грецию, прорваться через проливы, пересечь Черное море и подняться вверх по Днестру. Путь немалый! А сначала мне с обозом надо еще до флотилии добраться. Правда, до нее уже недалеко и в поездке меня будет сопровождать сам Андраш, решивший лично проехаться за обещанной суммой и заодно посмотреть на корабли необычной конструкции.
      Поэтому пришлось прождать в Секешфехерваре еще три дня. Хотелось отправился немедленно, но не мог же я подгонять королевскую особу. Которая, к тому же, решила взять в путешествие свою супругу с маленькой дочерью. Так что три дня ожидания — еще по-божески!
      Длинная змея обоза растянулась на добрую милю. Король взял с собой еще сотню из своей личной дружины, заметно поредевшей после отправки части рыцарской конницы на восток. Так что о безопасности путешествия можно было не переживать. Дорога до Сплита заняла более недели неторопливого продвижения десятков телег, с многочисленными остановками. Почти на всех более-менее длительных привалах ставили королевский шатер, и Андраш всегда приглашал меня разделить трапезу с ним и его женой. Мы много разговаривали и за эти дни, можно сказать, сдружились. Король, уже не мальчик, оказался на редкость умным и рассудительным человеком, приятным собеседником. Да и собутыльником тоже, надо сказать. Я угощал его своими настойками