Современный израильтянин проваливается в XIII столетие, в средневековый Мюнхен, где его принимают за Голема, вызванного заклинанием легендарного каббалиста Маймонида для защиты от грабежей и погромов.
Авторы: Баренберг Александр
образом. Со школьных лет такого не припомню! Теперь результат физиологической реакции твердо указывал направление, в котором мне, по его мнению, следует немедленно направиться.
– Э нет, уважаемый, момент сейчас для этого абсолютно неподходящий! И поважнее дела есть, – попытался я остудить его несвоевременный порыв. Естественно, безрезультатно.
Ну, в самом деле, как отреагирует девка, увидав выбегающего из леса голого мужика с приведенным в рабочее состояние органом? Ясное дело – сразу насадит на вилы, которыми она, кстати, довольно ловко сейчас орудует.
Я решил понаблюдать еще, прежде чем обдумывать следующие действия, и устроился поудобнее между деревьями. Минут через двадцать мое терпение было вознаграждено – появился еще один персонаж. Со стороны предполагаемой деревни не спеша подъехал на осле мужичок довольно почтенного, по крайней мере на первый взгляд, возраста, с огромной всклокоченной бородой с проседью. Муж? Сомнительно. Одет мужичок побогаче девицы – в кожаные штаны и рубаху из явно более тонкой ткани, чем у нее. Да и держит себя высокомерно. Скорее, похож на председателя местного колхоза, то бишь старосту деревни или управляющего поместьем – не знаю, какая у них тут иерархия.
Подкатив к девице, «председатель» величественно слез со своего ослика. Та, повернувшись к нему, чтото произнесла, видимо, поздоровалась – с такого расстояния разобрать их речь я не мог. Но кланяться или выражать свое почтение какимлибо иным образом девица не стала – значит, ее гость не занимает такое уж высокое общественное положение. «Председатель» – а я решил пока называть его именно так, – хмуро кивнув в ответ головой, принялся, тыкая указующим перстом в сторону уложенных ровными рядами стогов соломы, чтото уныло бубнить. Девица в ответ тоже затараторила, как бы оправдываясь. Тогда тот, приняв позу Ленина, указывающего путь в светлое будущее, обвел протянутой вперед рукой еще не убранную часть поля, повидимому описывая грандиозность предстоящего фронта работ. Аргумент, скорее всего, подействовал, потому что девица, умолкнув, виновато понурила голову.
Довольный победой в споре «председатель» снисходительно похлопал ее по плечу. Я посчитал, что стандартный профилактический разнос подчиненной закончен, но ошибся. Мужичок с неожиданной для своего возраста прытью притянул девицу к себе и споро завалил на кучу еще не собранной в скирду соломы, задирая ей остатки платья. Гм, решил объявить выговор с занесением? Хороший метод, однако, доходчивый.
По выражению довольно симпатичного, кстати, лица девицы можно было заключить, что особого энтузиазма в отношении предстоящего действия она не испытывает, но и сопротивляться не собирается. Видимо, такого типа «выговор» она получает уже не в первый раз.
Уровень искусства совокупления, демонстрируемый немцами всему миру посредством соответствующих фильмов в наши дни, тут еще явно не был достигнут, поэтому «председатель», приспустив свои роскошные кожаные штаны, быстро и безо всяких изысков оприходовал девицу в позе, известной во времена моей юности под названием «рабочекрестьянская». Хм, весело они тут живут! Вот обживусь тут немного, подсижу «председателя» – опыт руководящей работы имеется, а уж уровень образования у меня выше, чем у всех жителей местного герцогства, вместе взятых. И все крестьянки мои! Главное – жениться не придется: после двух неудачных браков у меня теперь на это аллергия.
А ведь в подобной ситуации я уже бывал! Эти мысли вдруг навеяли абсолютно неуместные сейчас воспоминания…
…Случилось это почти уже двадцать лет тому как. В этот день моя рота должна была быть наконец сменена на смертельно надоевшем за три месяца безвылазного сидения укрепленном посту и выведена из Южного Ливана. Долгожданный момент ротации наступил, и теперь следующие три месяца будет страдать второй батальон бригады, а мы получим неделю отпуска. Видимо, узнав о предстоящем событии (а разведка у них была поставлена неплохо), боевики «Хезболлы» решили поздравить нас с отбытием посредством праздничного минометного обстрела. Первая же мина рванула во внутреннем дворе форта метрах в десяти от сторожевой вышки, на которой я имел несчастье нести в этот момент свое последнее дежурство. Вышка вообщето бронированная, но как раз сзади имеется незащищенный проем для входа. Тудато и влетел злополучный осколок…
Короче, рота отправилась домой, как и полагается, на бронетранспортерах, а я – на санитарном вертолете. Месяц в госпитале, два – дома, с ежедневным посещением физиотерапии, и вот я предстал наконец пред светлы очи медицинской комиссии. Тщательно изучив все материалы, доктора пришли к неутешительному для меня выводу – к несению службы
