Для человека Долга просьба о помощи — руководство к действию. Даже если эта просьба исходит не от друга, а от представителя спецслужбы, пытающегося любым способом найти возможность заполучить в свои руки мифического «Суперсолдата». Однако и покушение на президента, и захват заложников, и проблемы, возникшие у соплеменников Хранителя Эола, — лишь звенья одной цепи, имя которой — Пророчество. А невзрачный клинок из обсидиана в руке Ольгерда Коррина — лишь способ исполнить очередное Предначертание.
Авторы: Горъ Василий
не взмахнула мечами и не обрушила их на потерявшего сознание пса — в этот момент, забыв про все, мальчишка бросился на убийц и… запутался в брошенных в него ловчих сетях!
Судя по обрезкам веревок, он орудовал мечами достаточно быстро, но навалившиеся на него воины задавили его массой… И, связав добычу,… продолжили терзать его пса!!!
Присев около изуродованного Хмурого, Мерион скрипел зубами и судорожно сжимал рукояти оказавшихся в ладонях мечей — переполняющая его ненависть требовала выхода. И, желательно, немедленно…
— Где флаер? — вскочив на ноги, зарычал он через мгновение. — Эол!!!
— Через двадцать секунд будет здесь… — Хранитель, закрыв заплаканные глаза, стоял прямо за его спиной и раскачивался. Бросив взгляд на его лицо, Мерион вдруг почувствовал, что готов завыть от боли, и, забросив мечи в ножны, с хрустом сжал кулаки:
— Эол! Мне нужна связь! С каждым из отрядов! И мне плевать на ваши законы нераспространения высоких технологий!!! И только попробуй сказать «нет»…
— Сейчас… — Хранитель пробежал пальцами по браслету, и зависший рядом с ними флаер тут же стал видимым. — В машине есть пять блоков связи. Хватит?
— Да. Объясни, как ими пользоваться Томару, Оксу, Лесойру. Что уставились? — рявкнул он на ошарашенных появлением флаера воинам. — Обычная летающая повозка… … — Где мальчишка?!
Увидев выражение лица Мериона, наемник мигом протрезвел. И принялся безостановочно икать…
— Я спросил, где мальчишка!!! — пальцы Деда, сдвинув в сторону край его расхристанной и залитой дешевым вином рубахи, нащупали ключицу и рванули ее на себя. — Говори, тварь!!!
— Их увезли!!! Куда — не знаем… — перепугано заорал второй найденный на постоялом дворе солдат. — Нам отдали деньги… Они забрали мальчишек и ускакали…
— Куда? — рванув на себя орущего от боли мужчину, Мерион одним движением разорвал на нем рубаху, и, скомкав ее в подобие кляпа, вбил его в раскрытый в крике рот. Потом всем корпусом повернулся ко второму пленнику.
— Н-не знаем! Н-не в-вид-дели… Нам запретили выходить наружу, пока сгорит свеча… В-вот эта…
— И где тогда остальные? — зарычал Длинные Руки. — Почему вас тут оказалось только двое?
— Остальные разбежались почти сразу… А-а мы сначала решили в-выпить на д-дорожку…
Воин захлебывался в собственных словах — почувствовав, что с этим человеком лучше не спорить, он тараторил, как заведенный, рассказывая все, о чем его спрашивали. И все больше и больше бледнея: минимум имеющейся у него информации явно не устраивал допрашивающего! … — а когда мы доехали до места сбора, нам показали того, кто будет нами командовать, и в двух словах сказали, что надо поймать мальчишек, на которых он нам покажет. И запретили их калечить, ранить, и тем более, убивать…
— А собаку?! — прошипел Длинные Руки.
— А с-собаку н-не запретили… — у воина подогнулись ноги, и, если бы его не удержали на весу солдаты Деда, он бы рухнул на пол. — Этот пес убил несколько человек! Он вылетал из-за деревьев и рвал глотки! По нему не могли попасть!!! — лепетание пленного становилось все малопонятней.
— И поэтому, добравшись до него, раненого, вы решили его добить? Что молчишь?!
— Д-да…
— Сколько раз его ударил лично ты? — приподняв пальцем подбородок пленника, холодным, безжизненным голосом поинтересовался Мерион.
— Н-не з-знаю… — почувствовав, что его вот-вот начнут убивать, воин вдруг попытался вырваться из захвата, но это ему не удалось.
— А жаль… быть может, тогда я бы тебя убил быстрее… — выхваченный из ножен клинок Деда коротко блеснул в полумраке затихшего от ужаса постоялого двора, и солдат, увидев, кто остался без обеих рук, истошно заорал…
— Факел! Прижечь раны! — в голосе Мериона не было ничего человеческого, и перепуганные не меньше, чем пленные, воины гвардии Аниора скопом метнулись выполнять приказание. А через пару мгновений по помещению пополз тошнотворный запах паленого мяса и раздался новый крик боли…
Издалека мегаполис выглядел жутковато: безумный, изломанный монолит, уходящий в низкое небо, напрочь затянутое грязно-серыми тучами, казался порождением ночного кошмара, и мало чем напоминал города Земли или Элиона. Трудно сказать, чем руководствовались его строители и архитекторы, надстраивая один ярус на другой, но горизонтальные полосы разных оттенков все того же серого вызывали ассоциации с наносами мусора, которые остаются на берегах рек после половодья. А здоровенные проломы, пятнающие верхние ярусы под самыми облаками, и скрученные, изломанные, полуразрушенные конструкции чуть ниже наводили на мысли о какой-то катастрофе. Или
