Это рассказ о простом парне, в судьбе которого постоянно причудливо сплетаются удача и невезение, и его задании, полученном от высших сил, вырвавших того из круга перерождений. И что же делать несчастному попаданцу в новом, известном ему только «с той стороны экрана» мире, где правят бал Синигами и Пустые? Плыть по течению? Выполнить задание? Или же доказать что и он чего-то стоит?
Авторы: Шпик Алексей
должна отражаться, все же тут я прямое отражение своей души. — Произнес я.
— Насколько я могу судить, вы, наконец, стали совершенным арранкаром. Так что ваша пустота закрылась, и в маске тоже нужды больше нет. — Ответила моя зампакто.
— Ладно, это я понял, благо сам уже давно к этому стремился. Все плюсы и минусы я прочувствую позже, а сейчас, ответь-ка мне на вопрос: что еще во мне изменилось? А то изменения я чувствую, но определить все не могу, слишком их много. Да и что ты там говорила об отнятии звериной части у тебя? — Завалил собеседницу вопросами.
— Пойдемте, господин. Лучше, дабы не повторять все по нескольку раз, нам это обсудить сразу и с моей соседкой. — Ответила развернувшаяся и обошедшая меня девушка. — И да, я тоже очень рада вас видеть.
И все таки красивая у неё улыбка. Но Уро права, надо идти. Да и на Ревность взглянуть хочется, по своей персональной ревнивице я соскучился не меньше, чем по Уро Закуро.
Когда через три минуты мы вышли из леса к храму (а горы больше нет, прощайте любимые шестнадцать тысяч ступенек), то застали интереснейшую картину — перед вытащенным наружу из храма зеркалом в человеческий рост размером к нам спиной крутилась Ревность. Наверное. По крайней мере, одежда похожа, да и кому это еще быть? Особенно учитывая хвостатость данной особы. Нет, можно еще предположить, что когда я стал девятихвостым, то отражение этой силы завелось в моем внутреннем мире, но лучше исходить из фактов, а не строить предположения. Вот только я собрался развеять свои опасения, как девятихвостая лиса заговорила сама с собой, все еще не замечая нас.
— А если когда хозяин придет, я сделаю так? — И отставив филейную часть тела, она выпятила грудь, причем из того, что мне видно в отражении, довольно внушительную. — Нет, это слишком смущающее, но зато каков был бы эффект. А если так?
И подняв руки на уровень головы, она произнесла «Ня», скорчив потешную рожицу. Я прислонился к храмовым воротам, пытаясь переварить увиденное, Уро начала тихо хихикать, а Ревность, наконец заметившая нас в отражении, как-то дергано начала оборачиваться. Пожалуй, так же поворачивался бы Буратино, существуй он на самом деле, настолько это выглядело «деревяно» и дергано.
— Ой! — Произнесла Ревность. Да, это все-таки она, пусть и изменившаяся и повзрослевшая порядком.
— Угу. — Откликнулся я, все еще пребывая в шоке.
— Хозяин, вы ничего не видели. — Чуть ли не приказала она.
— Согласен, для моих нервов дороже. А раз я ничего не видел, то, Ревность-тян, с возвращением. — Предпочел замять я момент и, снова сдвинув свою точку нахождения в пространстве, обнял Ревность. Как же я по вам соскучился. И как же боялся, что вы так и не появитесь, или появитесь уже не вы. Пусть и старался гнать подобные мысли из головы и вообще не думать об этом.
— Хозяин, и все-таки вы — кобель. — Положив мне голову на плечо, заявила Ревность. Вот только без привычных ноток, все же портить такой момент она своей ревностью не стала, и на том спасибо.
Это она все никак так и не состоявшийся поцелуй с Соной из головы не выкинет? Вот ведь ревнивица, хотя, по сути, странно, что меня к президенту студсовета потянуло. Нет, она мне интересна, но больше именно как личность, чем девушка. Так быстро я еще ни с кем отношения не завязывал.
А сейчас, вблизи, видно, что девушка изменилась даже сильней, чем мне показалось изначально. Прибавила в росте до моего уровня. Грудь с первого размера перешла на четвертый. Девять хвостов белого цвета тоже не были ее вечным аксессуаром раньше, у неё вообще вроде только один был. Волосы уже не черные, а темно-синие, а на щеках появились три полоски. Желтые глаза с вытянутым зрачком (у меня слава богу вполне человеческие, пусть и желтые). Да и одежда сменила цвета. Если раньше это был наряд мико (храмовой жрицы) с белым верхом и темным низом, то теперь общий дизайн пусть и прослеживался, но этот костюмчик явно был более современной модели. Верх стал красного цвета, да еще и в обрамлении золотой каймы, и золотых узорах на рукавах, а низ наоборот белого. Рукава закрывали только область от предплечья и до локтя, оставляя часть ниже локтя и сами плечи открытыми. Верхняя часть одеяния хоть и отдавала сходством с кимоно, но все же была выполненным из странного материала топиком, так же оставляющем плечи открытым, как и верх груди. А нижняя была укороченной до середины бедра юбкой, напоминающей скругленные ближе к поясу треугольники. Мда, выросла у меня Ревность.
— А ты изменилась… сильно. — Произнес я, все же пытаясь начать рационально мыслить и вернуться к мучающим меня вопросам. Все, Кэнго, хватит тут виснуть, она же зампакто! Пусть я и пересмотрел свои взгляды на взаимоотношения зампакто
