Это рассказ о простом парне, в судьбе которого постоянно причудливо сплетаются удача и невезение, и его задании, полученном от высших сил, вырвавших того из круга перерождений. И что же делать несчастному попаданцу в новом, известном ему только «с той стороны экрана» мире, где правят бал Синигами и Пустые? Плыть по течению? Выполнить задание? Или же доказать что и он чего-то стоит?
Авторы: Шпик Алексей
никого, кроме своего будущего сенсея (правда, тогда я этого ещё не знал). Судя по виднеющемуся за раздвижной дверью солнцу, провалялся я недолго — от силы полчаса, но уточнить все же стоит.
— А где все и давно я тут? — Несколько сумбурно высказался я.
— Все уже ушли, ты ведь был последним в списке. А насчет как давно — обед ты уже пропустил, но до следующего занятия у тебя еще минут пятнадцать, так что время меня выслушать у тебя есть. — Спокойно сказал улыбающийся краешком губ учитель. Ой, что-то мне это не нравится, мое звериное чутье говорит, что скоро мне будет больно.
— Одна из ветвей искусства хакуда или дзю-дзюцу, что означает «искусство мягкости», «Ёсин рю» — техника нашего рода. Более совершенная и опасная, чем её родительница. Спрошу лишь один раз — ты хочешь обучиться ей? — Спросил он странным голосом.
Хм, с одной стороны это личный учитель и больше знаний, да и отношения у нас будут лучше, чем с остальными учениками и это может быть полезно. С другой стороны — в этом мире подобные знания довольно бесполезны, за исключением редких случаев, да и отношение с другими сокурсниками, которые заметят, как очередной учитель выделяет «этого выскочку», могут сильно испортиться. Так что ответ очевиден…
— Согласен. Единственный вопрос — почему я? — Меня это действительно интересовало очень сильно, ведь некоторые из тех, с кем он до этого сражался в круге, не многим мне уступали, а если быть до конца честным с собой — минимум двое и вовсе превосходили.
— Потому, что я последний из своего рода и не желаю, чтобы знания умерли вместе со мной. Ты же подходишь потому, что у тебя есть стремление вперед, тяга к знаниям, и желание стать сильней, или ты думаешь, что никто из учителей не заметил, как один разноглазый студент ходит на тренировочную площадку по ночам? Не считай себя самым умным, порой помогает жить. — Да, уел он меня. Хоть я особо и не скрывался, но и не афишировал свои ночные тренировки. Все же, в обществе синигами, где большую часть силы можно получить саморазвитием, откровенно пренебрегающие этим жнецы, коих большинство, вызывают у меня недоумение. И это я ещё мягко сказал. Между тем Шин-сан продолжал.
— В тех, кого я встретил до этого, подобного рвения не было, — вот, а я что говорю, пусть и не в слух, — а у тех, у кого было, мне не понравился характер. Не смотри на меня так, считай, что это причуда отставного синигами. Так вот, до твоего появления, я уже хотел согласиться с Генрюсаем-доно и передать свои знания второму отряду, семье Фон, если быть точным, благо одна такая уже обучается в академии, всего на курс старше тебя. Сейчас же, скажем так, своим поведением ты мне кое-кого напомнил, вот я и решил оставить официального наследника.
Где-то я подобное уже видел, если бы не его последние слова, то все было бы нормально, а так мне неожиданно вспомнилась «Санта-Барбара». От подобной ассоциации я чуть не свалился в истерику, но сумел удержать каменное лицо. С тех пор я и стал его учеником и наследником. Поначалу завидовавшие мне сокурсники, увидев меня после недели нового режима моей жизни, с двумя вивисекторами-учителями (да и ночные тренировки никто не отменял), решили, что это и к лучшему, походить на свежеподнятого зомби никому не хотелось.
***
Так я и стал личным учеником одного жестокого человека, вернее двух. Вернувшись из своих мыслей, отметил, что почти закончил рассказ про мои сегодняшние злоключения.
— Вот так все и было, Темотсу-сан. — Закончил я свой рассказ.
— Повеселил старика. А самому ещё не надоело прогуливать, а? — Прищурившись, выдал старичок.
— А то вы сами не знаете, преподавателю неприятно, что, цитирую: «что какая-то личинка синигами» знает больше него. А на зачеты я все равно хожу, так что упрекнуть меня не в чем. — Ответил я с максимально честными глазами, хотя и так знал, что разговор о моих пропусках не особо и нужного для жнецов предмета ведется старым медиком просто от скуки.
— Что ж, — хлопнул жилистой рукой по столу старик, — до следующего занятия у тебя ещё полчаса, так что сейчас я тебе покажу новую технику, думаю, в академии вас такому ещё не учили.
Ради таких моментов и стоит жить. Правда, с личной жизнью тоже надо что-то делать, а то так все вечеринки и попойки мимо меня пройдут, и так весь первый курс учился как заведенный. Кхе, к слову, а, сколько мы будем отдыхать в перерыве между курсами? Сподобился, называется, за неделю до конца первого года обучения задался вопросом, про который интересуются в первые же дни. Свой вопрос о сроках я и задал одному из моих мучителей.
— Кхе-кхе. — Закашлялся допивавший чай врач. Прокашлявшись, он начал рассматривать меня, будто впервые увидел. Подумаешь, не знаю, сколько перерыв между
