Это рассказ о простом парне, в судьбе которого постоянно причудливо сплетаются удача и невезение, и его задании, полученном от высших сил, вырвавших того из круга перерождений. И что же делать несчастному попаданцу в новом, известном ему только «с той стороны экрана» мире, где правят бал Синигами и Пустые? Плыть по течению? Выполнить задание? Или же доказать что и он чего-то стоит?
Авторы: Шпик Алексей
различить. К примеру, у Инь, помимо костяного кошачьего уха присутствовали по две горизонтальных полосы красного цвета на щеках, и четыре таких же треугольных полосы над грудью, в то время как у Ян остатков маски не было вовсе, а полос красного цвета была только две, идущих из кончиков разреза глаз вертикально вниз. А вот сами глаза были одинаковые, желтые с вертикальным зрачком. Зампакто у них были вполне обычные с виду катаны, у Инь темнее гарда и цуба, а у Ян светлей. Рукоять у обеих опутана красной нитью, впрочем, у меня тоже есть такой элемент на моей Ревности. У Ян форма, в которую та оделась, напоминает аналогичную у Тии с Уноханой, разве что размер груди гораздо скромней, а вот у Инь открытый верх сочетается с разрезом чуть ли не до линии «бикини», поддерживаемый спереди горизонтальными нитями, низ состоит только из приделанной к верхней части одежды юбки, точнее, пародии на неё, ибо отрезок, что закрывает её ноги сзади на юбку не тянет. Да и цвет волос — у Инь они светлей, отливают розоватым, в то время как у её сестры они красно-каштановые и гораздо длинней. Если у старшенькой волосы с некоторой натяжкой достают до плеч, то у младшенькой они спускаются до середины спины.
— Налюбовались, Кэнго-сама? — Последовал немного ехидный вопрос откуда-то сбоку.
— Да, более чем. — На автомате ответил я.
— А? Сун-сун? Не пугай меня так, и что ты вообще делаешь в моей кровати? — Воскликнул я. Жаркие споры четырех аранкарок смолкли как по мановению волшебного жезла.
— Лежу, наблюдаю за спором и грею вас. А то вы были таким холодным, что мы начали беспокоиться! Но пока эти четыре дурочки решали кто из них будет вас греть, вам стало хуже — бледней только в гроб кладут. Так что я, не мешая этим четырем, спокойно устроилась на вас, положив сверху пару одеял. Сейчас вы вроде пришли в норму, так что можем на пару посмотреть на сей спор. — Хихикнула в ладошку Циан.
— Это конечно здорово, но лучше я пойду делать завтрак… — Протянул я, пытаясь уйти со скользкой темы.
— Это невозможно… вы проспали без малого два дня (из которых эти четыре мартышки спорили почти сутки), и сейчас вечер, так что завтрак не выйдет по техническим причинам. — Ответила Циан.
— А можно небольшой вопрос… точнее даже два? — Протянул я.
— Конечно, Кэнго-сама. — Ответила змейка как ни в чем не бывало.
— Первое — где Тия и Унохана? Второе — почему ты голая!? — Первый пункт был сказан спокойным голосом, а вот на втором мое самообладание мне отказало.
— Тия-сан и Унохана-сан ушли полчаса назад на ежедневную тренировку, я же сегодня решила остаться, а эти две вечные спорщицы и так постоянно пропускают занятия, так же было и по вашему возвращению, разве что я тоже тогда отсутствовала. Что же касается второго пункта — так я вычитала в одной из книг, что так согревание будет максимально эффективным. Оттуда же я и сам способ взяла. — Серьезно ответила Сун-сун.
— Что же ты за книгу такую читала? — Тихо произнес я, пребывая в шоке.
— Интересную! — Ответила чуть ли не светящаяся изнутри девушка.
Из-за лежащей на мне девушки жест рука-лицо вышел довольно смазанным, поэтому после трех минут рекламной паузы и многоэтажного мата на чистейшем китайском (вот что долгое пребывание на «Арене Безумия» в китайской зоне Хуэко Мундо с пустыми делает) я вправил свой нос на место и сполз с кровати. Дальше было одевание с отбиванием попыток новоиспеченной фракции меня одеть. Да и «старые», посмотрев на «новых», решили последовать их примеру. Как я не свихнулся мне непонятно… Единственным островком спокойствия в этом безумии была Циан, которая получала огромное удовольствие от всего этого концерта.
Следом шла готовка, где по старой традиции за каждым моим движением молча наблюдали все арранкарки (я к этому никогда не привыкну, так и становятся параноиками). И, собственно, сам ужин, к концу которого к нам явился Гин с устным посланием от Сосуке-куна, где тот давал мне еще два дня выходных, по времени мира пустых, или около трех-четырех часов по времени мира живых, смотря как смотреть. И что самое интересное — запрет на появление в Каракуре на это время. Не знаю что он затеял, но зато точно знаю, что все же затеял, а это значит…
Спустя десять минут стоящий на самой высокой точке Лас Ночес Гин, с грустью смотрящий на полумесяц (ибо башни оплота пустых оканчивались гораздо выше уровня купола с иллюзией неба) набрал в грудь побольше воздуха и начал кукарекать.
— «Хозяин, это самое тупое желание из всех, что можно было загадать!» — Заявила Ревность, когда немного отошла от шока.
— «Согласен, но оставлять долг за Ичимару с такого откровенно дурацкого спора — это не по мне, а ничего умней мне в голову не пришло». — Пожал плечами
