Неидеальная пара

размышляя.
— Ваш след действительно очень похож на тот, что принадлежит лорду. Я думал, признаться, что может быть, вы… ну, понимаете, что будет, если разрезать к примеру вот этот цветок? — Он кивнул под ноги, на этакую жёлтую ромашку. — Кому-то достанется стебель и корни, а кому-то — головка с лепестками.
— Но? — интересно, а мне в его метафоре лепестки полагались?
— Но нет. Вы словно сотканы из одной материи. Вот всё, что пока могу сказать.
Как-то мало. Впрочем, и осмотр был недолгим.
— Хорошо, и что дальше? Холак упоминал ритуалы. Господин Торн, я на всё согласна, лишь бы дело двигалось!
— Давайте я переговорю с лордом, — почти виновато улыбнулся дядечка, — и он решит.
Я вздохнула: ну а что тут скажешь?
Прежде чем уйти, милый дворецкий уговорил меня пройти ещё сотню метров. И вывел… к обрыву. Точнее, на смотровую площадку. Я поражённо смотрела, как зелёный ковёр вдруг ухает вниз, сменяется крутым склоном, заросшим кустами и цепкими деревьями. А внизу… красовалась долина. Там, вдалеке, лес перетекал в луг, его расчертили вспаханные квадраты земли, а рядом раскинулся большой и аккуратный город. Белые домики буквально светились под полуденным солнцем.
Красиво… и высоко.
— Это Тейл, ближайший центр. Мне показалось, вам здесь понравится, — улыбнулся Торн.
Мне… нравилось. Правда. А что я кинусь в пропасть и шею себе сверну, они случайно не боятся? Впрочем, я решила не спрашивать об этом — не портить момент.
Торн ушёл, остались только безмолвные охранники, которые всё-таки подобрались ко мне поближе. Я по-дружески улыбнулась обоим и опустилась на траву, под большим раскидистым деревом. Так и сидела, наслаждаясь видом, теплом, запахами природы. Пока за спиной не зашуршала трава.
— Оставьте нас.
Резковатый голос Холака узнала без проблем, но оборачиваться не стала. Лорд подошёл, застыл рядом. Рассматривая то ли меня, то ли открывавшийся вид.
— Надо поговорить.
Повернула голову… нет, всё же меня он изучал — в упор. Что ж, хотя бы его голос не звучал раздражённо. Или гневно. Если честно, мне почудились почти виноватые нотки. Я молчала, так что лордейшество продолжил:
— Прости. Я позволил себе лишнего.
А вот это было… неожиданно. То есть, я не знаю: когда тебя сначала хватают и предлагают в постель нырнуть, а потом так коротко извиняются — этого достаточно? Но чувство вины каким-то образом проникло и мне в грудь, шевельнулось там осторожно. Может, я и правда доставляю ему слишком много хлопот? Мы совершенно разные, но если поверить, что я порчу ему жизнь так же, как он мне…
— Когда предлагали мне подтвердить статус возлюбленной или когда говорили, что на меня никто не позарится? — уточнила я всё же тихо.
— В обоих случаях. Я… был жутко раздражён.
Вздохнула:
— Простите, что лезу в вашу жизнь. Но я просто борюсь за свою.
Хочу к маме, папе и братьям. Хочу к мелким сорванцам Сашке и Вовке. К Дену… интересно, что он сказал бы, узнав, что я роль чужой любовницы готова сыграть? Ведь в таких обстоятельствах не осудил бы… правда?
— Ты же понимаешь, что не будь опасности, я бы иначе с тобой разговаривал? — Холак сузил глаза, так, что белые ресницы вновь стали отчётливо видны. Но вдруг продолжил: — Проблема в том, что ты можешь быть права. Сетрай пришёл сам и нас в покое уже не оставит. Не знаю, почему он так обрадовался идее найти мне пару. Но раз так…
Блондин замолчал. А у меня почему-то в груди стало совсем неспокойно — я встала, одёргивая платье. Что ж оно неудобное такое?
— Я не сказал тебе кое-что ещё. Я узнал, что моя душа неполная и что где-то существуешь ты, прикоснувшись к алтарю душ — это старое место во дворце повелителя. И уверен: чтобы понять, как нам связь разорвать, тебя тоже нужно туда отвести. Хотел сделать это позже, когда придумаю, как протащить тебя незаметно. Но кажется, всё повернулось иначе.
Королевский дворец?..
— Бал? — ахнула я.
— Да, — улыбнулся лорд. На его тонких, будто выточенных умелым скульптором губах улыбки выходили не слишком радостными и опасными. — Через два дня повелитель устраивает праздник, на который я должен явиться. И если мы сделаем, как хочет Сетрай, то с тобой. Так что… — Его глаза неожиданно сверкнули, и он протянул мне руку. — Ты согласна стать моей возлюбленной, Анна?
Почему это звучит… так странно? Почему я вдруг смотрю на его пальцы — прямые, изящные, сильные? На открытое запястье? Забираюсь взглядом выше, по руке, к плечу и лицу? И почему волнуюсь?!
— Я буду хорошей “возлюбленной”, — пробормотала я. — Обещаю не причинять вреда, только пользу.
— А ещё ты подготовишься, — уронил лорд. — Хотя бы приблизительно выучишь правила этикета и, главное, будешь