Неидеальная пара

проникновенным.
Скажите, а когда красивый, но абсолютно чужой мужчина вот так вот близко к вам стоит, держит почти нежно и говорит, что у вас одна душа на двоих — что нужно чувствовать? Спасибо за подсказку, сознание: теперь я снова уверена, что сплю!
Хуже всего, что альбинос выглядел до жути серьёзным. А у меня уголок губ задёргался. Вспомнилась Наталья Ивановна, преподавательница из института, с похожим нервным тиком. Она любила повторять: “Ваша будущая профессия — сложная и неблагодарная, ребята. Вот вы молодые, не бережёте себя, а потом будет поздно…”
— Половинка? — переспросила я, изучая сказочного красавчика.
— Я так и сказал.
— Лучшая?
Он нахмурился. Дядечка, видимо, почуял неладное, освободил меня из цепких лап и усадил обратно в кресло.
— Послушайте, леди Ана. Мы понимаем: вам сейчас тяжело… позвольте я чуть подробнее объясню. Как лорд Холак и сказал, вы родились в разных мирах, но из одного сгустка энергии. Каким образом часть его оторвалась и улетела в иное измерение, мы не знаем… Суть в том, что пока вы жили далеко, вас это не беспокоило. Но не так давно наши маги узнали, что если призвать из другого мира отражение человека… в общем, это сложно, но между вами существует плотная связь. Мы полагаем, вы способны чувствовать то, что испытывает другой. И если навредить одному, пострадает и второй. Если убить одного… другой тоже умрёт.
Допускаю, что он действительно пытался помочь. Но у меня голова так пошла кругом, что захотелось сжать её руками и куда-нибудь уползти!
— Другими словами, это меня пытаются убить, — добил альбинос. — И для очередной попытки эти идиоты не придумали ничего лучше, чем призвать мою половину из другого мира — то есть, тебя. Такой вот печальный расклад.
Убить… убить! А я уж было начала себя убеждать, что просто помучить, ну, может, кровь взять… Сознание, ну за что?!
Я провела руками по лицу, потерянно глядя на фэнтезийных психов.
— Холак — это вы?
Кажется, это имя я каким-то чудом вынесла из бурчания культистов.
— Да, — мрачно улыбнулся пепельный. — Приятно познакомиться.
— Красивая легенда, — усмехнулась я. — И что, для этого вы меня спасали? Ещё скажите, что поэтому чуть не отключились, когда меня сюда тащили? И вздрагивали, когда я себя щипала?
Я даже ответа не ждала, просто ущипнула себя вновь — со всей дури.
Почему-то мне думалось, что на лицо блондина при этом весело будет посмотреть. Оказалось — нет. Очень злое вышло у него лицо, и тонкие губы побелели.
— Прекрати. Это. — Он тут же навис надо мной, метая молнии из глаз. — Или тебе нравится? Любишь поострее?
В следующий миг уже я взвыла — потому что не знаю, что он сделал, но ладонь кольнуло болью. Будто туда когти впились! Я глянула на его сжатые руки…
— Ладно! — сделала вид, что сдаюсь. Мне всё равно, какой бред творится во сне! — А убить-то вас за что хотят?
— У меня есть враги. Я один из сильнейших лордов Дилгаса, да будет тебе известно, — произнёс он с явной гордостью.
— В смысле… лорд? Самый настоящий? С замком и слугами?!
Альбинос воздел пепельные брови.
— Почему тебя это удивляет? А ты, кстати, кем была в своём мире?
Вот казалось бы: что мне какой-то лорд после всех этих дурных фантазий про половинки и расщепление душ? Но почему-то невозможность происходящего накатила с новой силой.
— Я же сказала: учителем… Точнее, я сама ещё учусь на педагогическом и подрабатываю репетитором, подтягиваю пару ребят по школьной программе… Мне двадцать один, в следующем году выпущусь…
— Чему ты учишь — магии? — теперь новоявленный лорд изогнул одну бровь. — Кому служишь?
— Эээ… нашему светлому будущему? Детям? Ну, можно сказать, что их родителям, в принципе…
— Они из знатных семей? Может, из королевской?
Да он совсем издевается что ли?!
Я вспомнила Сашку, с которым сегодня повторяла простые дроби. И Вовку… очень милые ребята, между прочим! Способные — только один пропустил почти месяц по болезни, а второй вообще считал алгебру наукой дьявола, когда мы начинали… А если я сойду с ума, как они будут там, без меня?
— Это не ваше дело! — зашипела я, вжимаясь в кресло. — Ещё вопросы?
Лорд смотрел на меня… со странным разочарованием. Будто взвесил, оценил, и никак не мог поверить, что его “половинка” почему-то оказалась не голубых кровей.
Бред.
Кошмар!
Он отошёл, а я прислонила руки к лицу и наконец-то… наконец начала думать.
Очень сложно поверить. Очень. Но…
Я действительно слишком явно ощущаю каждую мелочь вокруг. Шершавый бархат под голыми плечами, холод пола, в который упираются ноги в одних носках. Даже тапочки остались дома — потому что я забралась без них в кровать!