Хотели бы вы встретить свою “половинку”? Идеальную пару? А что если этот человек живёт в другом мире, куда вас затащат, не спрашивая согласия? А потом окажется, что вы не похожи. Что общего у меня, скромной студентки, и лорда с жутковатой репутацией? Наглого, резкого… да будь он хоть трижды душкой, у меня уже есть идеальный парень на Земле!
Авторы: Елена Шторм
в нём? — спросил лорд.
— Да…
— Нигде не жмёт?
Я прислушалась к ощущениям и… совершенно неожиданно поняла. Да, было удобно, очень. Я не чувствовала ни шероховатостей, ни мест, где ткань врезается в кожу — только приятный холодок. Удивительно, но даже юбка в этот раз казалась идеальной длины и, в общем-то, не путалась под ногами — я хваталась за неё скорее от волнения. Неужели всё так просто? Стоит выбрать платье под себя — и оно превращается из врага в верного союзника?..
— Покружись, — попросил Холак. Именно так: без приказного тона, тихо и мягко.
И поднял мой руку над головой.
Я медленно, как завороженная, послушалась. Немного отвела подол, бросила ткань в воздух — и обернулась вокруг своей оси. Раз, другой…
— Идеально, — услышала, когда руки легли на плечи.
Какое-то безумие: я застыла в его хватке под горячим взглядом. Мир тут же накрыли тишина и дымка: модистки замолчали, стенды и манекены вокруг странным образом размылись и стали не очень важными.
Вот то, что у меня в горле пересохло — это да, это весомо.
Холак медленно приблизился, наклонился, отвёл мои волосы от уха и шепнул:
— Внезапно расхотелось показывать тебя в нём кому ни попадя… Бельё сама выберешь?
Что?..
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что эти фразы не связаны!
И что он вообще действительно заикнулся про бельё!
Первой мыслью было сбежать на другой конец зала. Увы, руки на плечах не дали даже дёрнуться, да и пугать милых девушек всё-таки не захотелось. Холак продолжил, делая вид, что нашёптывает мне исключительно нежности:
— Или предпочитаешь, чтобы я выбрал за тебя?
Так… ладно. Вдохнуть, выдохнуть, ещё раз повторить и успокоиться.
— Нет, дорогой, я справлюсь.
В общем, я всё-таки пошла побыстрее обратно в комнату “для девочек”.
Откровенно говоря, с местным бельём я познакомилась на второй день заточения в замке — спасибо, что его доставил не Торн, а служанка. Конечно, до произведений умов двадцать первого века ему было далековато, но хоть панталоны носить не пришлось. Да и лифы обычно встраивались в платье… Но когда я, стараясь не краснеть, рассказала девочкам, что мне нужно, они принесли кружевной разврат.
Десять образцов кружевного разврата!
Пеньюар был ещё ничего, а вот трусики… если честно, я никогда раньше в вопросе исподнего себя ханжой не чувствовала. Стринги, например, всегда считала удобным выбором: меньше ткани, меньше проблем. Но почему эти кружева кажутся гораздо, гораздо порочнее? При одной мысли о том, что Холак будет это всё покупать, мне просто захотелось выйти куда-нибудь. Подышать. Минут на тридцать!
Примеряла, периодически останавливаясь и прикрывая глаза.
— А можно упаковать всё это в плотную ткань, чтобы… скрыть от посторонних глаз? — спросила, нервно расстёгивая пуговички.
— Конечно, леди Анна.
Чёрт, но лордейшество же всё равно видел, что мне несут. И вообще, в этом “салоне” ничего защищающего приличия девушек нет!
А ещё там за дверью уже пару минут слышались голоса. Что, новые посетители пожаловали? Или его пепельность решил всё-таки выбрать пару комплектов для любимой? Как же я надеюсь на первое!
Решив, что мучиться хватит, и похватав самое удобное, я снова влезла в платье. Завернула всё богатство в принесённый модисткой атлас, отдёрнула занавеску…
В это время двери примерочной раскрылись.
Створки несчастно хлопнули, впуская грациозно поправлявшую волосы Эллаю.
То есть, это действительно была она. В роскошном платье похлеще всего, что я тут навыбирала. С убийственной улыбкой королевы… И по взгляду брюнетки я чётко поняла, что уж для неё наша встреча — не сюрприз.
— О. Здравствуй, дорогуша.
Я открыла было рот, но моё замешательство сыграло со мной злую шутку. Свёрток выскользнул из рук, гладкая ткань раскрылась, и миг спустя мне под ноги полетели кружева! Я дёрнула рукой, надеясь хоть что-то перехватить, но куда там… на полу оказалось всё — причудливой аппликацией вроде “девушка и осенние листья”.
Или “Аня и её поводы для стыда”.
Лицо Эллаи вытянулось. Взгляд скользнул вниз и словно приклеился к дивной картине. Накрашенные губы дрогнули, и несколько секунд она боролась с явной, очевидной, проступающей вопреки всем усилиям гримасой.
Я бросилась подбирать кружева; девушка-модистка тоже ринулась помогать мне, но замерла, услышав:
— Очаровательный выбор для подростка… Милая, а принеси что-нибудь похожее, только под мой размер и получше.
— Я помогаю леди Анне, — попыталась возразить “милая”. — А вам сейчас…
— Оставь нас. Так яснее?
Мне очень многое захотелось сказать и сделать.
