Неидеальная пара

без особого жара ответил я. — Смотря чего вы хотите.
— У меня идея. Давайте вы отдельно расскажете друг о друге, а потом сравним ваши ответы? По-моему, очень романтично.
По-моему, идея была отвратительной, о чём и я сказал — разве что вежливее.
— Но… тогда леди Анна, вы уделите мне время, как обещали? — газетчица уже глядела на мою девчонку как на старую подругу. — Пожалуйста! Дилгас так мало о вас знает!
В этот момент я услышал шаги и заметил какое-то движение сбоку. Развернулся… и на меня буквально налетела Эллая.
— Холак, — её яркие губы расплылись в улыбке. А вот в остальном она выглядела как-то… не так. — Как хорошо, что нашла тебя. Надо поговорить.
“Надо”. Удивительно, но это слово вызвало скорее раздражение, чем интерес. Меня и от предыдущей выходки в салоне тянуло схватить её за локоть, отставить подальше и попросить не лезть в мою жизнь хотя бы временно.
— Не сейчас, — ответил сухо.
Эллая схватила воздух губами и понизила голос:
— Холак, пожалуйста. Мне нужна помощь.
Раздражение немного спало. Кровь вообще охладела — от удивления в основном.
— Какая помощь?
Вот уж с бедами Эллая приходила ко мне пару раз в жизни — и случаи тогда были серьёзными. Это заставило нервы перестроиться: успокоиться для начала и затаиться в напряжении. Вгляделся в неё получше. А она подалась вперёд, и рука коснулась моего плеча.
— Не здесь, прошу.
Если бы на глазах у толпы людей, у Мирам и ещё пары газетчиков, она не льнула ко мне — было бы вообще сносно.
Я перехватил её руку, глянул на Анну, которая застыла рядом. Захотел увидеть её реакцию… девчонка как-то странно втянула воздух, но миг спустя улыбнулась:
— Давайте я тоже помогу?
Эллая скривилась, будто ей сунули под нос гнилое яблоко.
— Нет, невозможно, — и вдруг одними губами прошептала: — дело его величества.
Так. Всё.
Я развернулся боком прежде, чем Эллая смогла выкинуть что-нибудь ещё, мрачно улыбнулся Анне и газетчикам.
— Любимая, подождёшь минуту буквально?
Поймал её обеспокоенный взгляд и тихий кивок. Отойдя с Эллаей, скрестил руки на груди — чтобы хоть так держать её подальше.
— Что стряслось?
Она вздохнула всё с тем же несчастным видом.
— Эррер поручил мне обратиться к алтарю, исследовать вашу связь. Я два дня билась, разбудила древнюю силу и ловила её отголоски. Но я не понимаю, я в тупике!
— И ты решила сказать об этом сейчас? — злость прорвалась снова, пусть голоса я не повышал.
— Да! Потому что Повелитель страшно зол на меня — говорит, что мне надо… добраться до тебя, расспросить. А ты всё время с этой простушкой. Он устроил мне выволочку, велел сейчас же действовать. Пожалуйста… пусть газетчики её развлекут, а мы пока поговорим?
— Что именно ты хочешь знать?
— Что ты чувствуешь рядом с ней, как вообще действует ваша связь? Ты ведь никому другому этого не расскажешь? Эррер привлёк меня с таким расчётом.
Твари огненные, я и ей не собираюсь! От одной мысли во рту появился гадкий вкус. Вытащить наружу ощущения, за которые я сам себя порой ненавижу?
— Так давай поговорим все втроём, — я чуял, что и это не лучшая идея, но всё же разумнее, чем оставаться с бывшей ари, бросая рыжую на произвол судьбы.
— Нет. Она не должна слишком много понимать. Холак, серьёзно, этого хочет Повелитель, это в твоих интересах тоже!
Воздух сам прошёл сквозь зубы, вместе с магией, отдавшейся в пальцах — и желание выпустить её наружу нестерпимо росло.
Когда вернулся к Анне, внутри плескалось недоброе предчувствие.
— Ну что? — улыбнулась она.
— У Эллаи важное дело. Займёт ещё четверть часа. Пойдём, будь добра.
Она вдруг глянула как-то… виновато.
— Послушай…
— Лорд Холак, я уговорила Анну порадовать меня рассказом! — засияла Мирам. — Пожалуйста, вы ведь позволите?
Да они что, издеваются?!
Рыжая начала что-то объяснять: почему бы и нет, она всегда хотела. Она быстро справится с газетчицей, та ведь хорошая, правда? А я поговорю с Эллаей где-нибудь совсем рядом, главное — чтобы смог прийти, если вдруг потребуется.
— Почему? — спросил я с диким чувством.
А девчонка… встала на цыпочки и прошептала мне в ухо:
— Потому что я доверяю своему возлюбленному — пусть видят.
И на этих словах её губы коснулись моей щеки.
Легко. Невесомо. Поцелуй опалил кожу и оставил меня на пару секунд в каком-то ином времени и мире. А миг спустя я уже думал… что её лицо слишком спокойно. Вся она — слишком спокойна и уравновешена.
— Ладно, — выдохнул с трудом. — Пойдём — куда-нибудь, где тихо.
Кажется, хотя бы такой вариант всех устроил. Правда, я не мог сказать, что меня — слишком сильно.